rk000000191

1512 ЛЪТОПИСЬ ВОЙНЫ СЪ ЯПОНІЕЙ. № 78. к а къ человѣка и вое- начальника,устанав- ливаетъ родство «ду- ши обороны» Портъ- Артура съ «душой обороны» Севастопо- ля—Нахимова. Ихъ роднитъ скромность, простота въ обра- щеніи со всѣми, отъ высшаго до низша- го, идеальная, безко- рыстная преданность дѣлу, служеніе ему всей полнотойдушев- ныхъ силъ, безъ пе- дантизма, формализ- ма и рутины, личное мужество и т а обая- тельная мягкость ха- рактера , которая по- коряетъ всѣхъ и каж- даго на жизнь и смерть. — «Думаете ли вы, спраши- ваетъ въ заключеніе авторъ, что если бы не этотъ роковой снарядъ 2-го декабря, мы вѣнчали бы теперь Романа Исидоровича Кондратенко, живого,лаврами!? Нѣтъ, по убѣжденію всѣхъ артурцевъ, онъ палъ бы вмѣстѣ съ созданной имъ крѣпостью при послѣднемъ ея штурмѣ. Вѣдь онъ все время внушалъ войскамъ, что «гарнизонъ форта гибнетъ вмѣстѣ съ нимъ и никогда его не оставляетъ». Въ «Новомъ Времени», единственной изъ петер- бургскихъ газетъ , возложившей прекрасный вѣнокъ на гробъ Кондратенки,— находимъ и наибольшее ко- личество статей , посвященныхъ его памяти. 0 немъ вспоминаютъ на страницахъ этой газеты адъютантъ покойнаго генерала, поручикъ Гриневичъ, и художникъ Кравченко (№ 10621). Послѣдній познакомился съ Кондратенко въ Портъ-Артурѣ, въ кабинетѣ Стес- селя. «Съ легкой просѣдью, спокойный, небольшого роста», онъ показался г. Кравченко «такимъ же, ка- кими кажутся намъ многіе люди, умѣю- щіе подъ сѣрой обо- лочкой таить живую страстную душу, и не смотря на всевоз- можныя испытанія, оставаться честнымъ человѣкомъ и насто- ящимъ патріотомъ. Говорилъ онъ тихо, ровно, но не такъ , какъ говорятъ хо- дульные герои»— и с р а в н и в а я э т о г о «скромнаго, сѣрень- каго генерала съ ж и зн е р ад о с тны м ъ , дышавшимъ завид- нымъ здоровьемъ и весело говорившимъ громкимъ голосомъ Стесселемъ, я невольно подумалъ, признается ав- торъ, что если кто можетъ вдохновить войска, то, конечно, это будетъ онъ (Стессель), а не его скром- ный гость...» Е. Г. Гриневичъ, разсказавъ интервью- веру (Ал. Ивановичу) о послѣднихъ минутахъ жизни Кондратенки, сообщилъ нѣкоторыя черты, характе- ризующія Р. И. какъ военачальника — его распоря- дительность и умѣнье найтись въ трудную минуту. «... Достаточно припомнить, какъ онъ устраивался съ резервами. З а все время осады Кондратенко ни разу никомуне отказалъ въ подкрѣпленіи...» Въ томъ же номерѣ (10621), въ отчетѣ о похоронахъ Конд- ратенки, напечатанъ разсказъ другого его адъютанта, шт.-кап. Е. С. Ерофѣева. Э тотъ разсказываетъ нѣ- сколько случаевъ, рисующихъ скромнаго въ будни Кондратенку экспансивнымъ и страстнымъ въ дни войны. «Когда первые японскіе брандеры затонули у входа на портъ-артурскій рейдъ, Кондратенко стрем- главъ полетѣлъ на конѣ къ берегу и первымъхотѣлъ ПОХОРОНЫ ГБН . КОНДРАТЕНКИ ,— ПО НЕВСКОМУ ПРОСПЕКТУ И ПО ЛИГОВКЪ . ПО ФОТ . ОЦУПЪ.