rk000000191

1500 ЛЪТОПИСЬ ВОЙНЫ СЪ ЯПОНІЕЙ. № 77. дало. Жажда дѣятельности его охватила. А день тя- нулся длинный и спокойный, и Новочеркасскій полкъ все оставался безъ дѣла, лежа въ резервной колоннѣ. Темная ночь спустилась надъ долиною рѣки Шахе. Темная ночь окутала горные хребты, закрыла поля и фанзы деревень, и тихо блистали на небѣ яркія звѣзды. Стрѣльба стихла. Раза два она начиналась было, и яркими желтыми точками сверкали въ тем- нотѣ выстрѣлы, а потомъ снова стихала. Тревожная свѣжая осенняя ночь на 29 сентября спустилась надъ Новочеркасскимъ полкомъ. Памятная полку ночь! Въ нее полкъ получилъ первое и страшное боевое крещеніе. Ночью секреты стали доносить, что кругомъ по- являются японцы. Постепенно, прокрадываясь по соп- камъ и по лощинамъ, они приближались къ полку и окружали его. Кто - то гдѣ - то отошелъ и японцы насѣдали на полкъ. Положеніе было серьезное. Ко- мандиръ полка приказалъ 7-й и 8-й ротамъ подняться на сопку, сбить японцевъ и очистить дорогу полку. Узнавъ объ этомъ, Викторъ Ѳедоровичъ пошелъ просить командира полка разрѣшить ему идти съ его родною 7-ю ротою. Командиръ полка отказалъ . Но оставаться въ резервѣ, быть сзади, когда его седь- мая рота, съ которой онъ сжился, таинственно въ темнотѣ разбираетъ ружья, чтобы потомъ красться на сопку, чтобы ударить въ штыки на ура—было выше силъ Виктора Ѳедоровича. Онъ умолялъ коман- дира полка разрѣшить ему пойти съ седьмою ротою. Разрѣшеше было получено. Ночь быстро убывала. Надъ горами на востокѣ сверкали опаловыя полосы; блѣдный, холодный раз- свѣтъ наступалъ. Тучный командиръ седьмой роты, капитанъ Архиповъ не могъ поспѣвать за быстро поднимавшимися на сопку людьми своей роты и от- сталъ. Впереди роты шли штабсъ-капитанъ баронъ Штакельбергъ и въ нѣсколькихъ шагахъ съ боку отъ него подпоручикъ Михайловъ. Задоръ страстнаго охот- ника охватилъ его. Первый бой. Бой на разсвѣтѣ послѣ безъ сна проведенной ночи и утомительнаго дня, страшный бой въ штыки, отъ успѣха котораго зависитъ честь и слава полка, выносъ имъ знамени! Все было приподнято и повышено въ эти минуты въ этомъ офицерѣ. Душа стремилась впередъ въ благо- родномъ экстазѣ . Вотъ и гребень... Длинныя цѣпи выходили на него. Широкій скатъ , потомъ опять хребетъ, камни, поля гаоляна, просторъ горныхъ хребтовъ, какая-то ма- ленькая кумирня, деревня, окруженная деревьями съ пожелтѣвшей листвою, чужая страна въ странномъ освѣщеніи начинающагося разсвѣта показалась пе- редъ ними... Въ нѣсколькихъ шагахъ лежали чужіе и странные людя въ темносинихъ шинеляхъ, въ фу- ражкахъ съ желтыми околышами, съ блестящими подъ утренней росою, блѣдными, страшными лицами. Ле- жали враги...— Вотъ они!—воскликнулъ Михайловъ— сдѣлалъ два, три неровныхъ шага и упалъ, какъ под- кошенный. Страшный трескъ ружей, огненная кайма вспы- шекъ, рѣзкій, сильный свистъ пуль—былъ навстрѣчу ротѣ . Штабсъ-капитанъ баронъ Штакельбергъ бро- сился къ Михайлову, но пуля ударила ему въ бокъ и пробила поперекъ всю грудную клѣтку. Онъ упалъ. Къ нему подбѣжали солдатьі. — Возьмите подпоручика Михайлова, — сказалъ имъ баронъ Штакельбергъ и потерялъ сознаніе. Кругомъ и около падали солдаты, убитые, раненые. Огонь разгорѣлся со страшной силой. Новочер- касскій полкъ отбилъ атаку и благополучно вынесъ свое знамя изъ этой отчаянной битвы... Тамъ, на вершинѣ крутой сопки, съ двумя вы- давшимися отвѣсными скалами, среди камней, между которыхъ кое-гдѣ пробивалась сѣроватая травка, остался лежать то тъ , чья душа была истинно воен- ной душой, кто любилъ и вѣрилъ въ святость сво- его дѣла, кто помнилъ присягу, кто умеръ со своей дорогой седьмою ротой. Миръ праху, покой душѣ дорогому товарищу-охот- нику! Да не забудетъ его седьмая рота и да почтитъ память его въ это тъ осенній день 29 сентября. П. Красновъ. Военно-морскія извѣстія. О п о дъ ем ѣ японцами с у д о в ъ , з а т о п л е н н ы х ъ в ъ П .-А р турѣ . Не проходитъ недѣли, чтобы изъ Токіо не опо- вѣстили весь міръ по телеграфу, что то одно, то другое судно нашей погибшей въ Портъ-Артурѣ эскадры поднято японцами со дна океана, пере- именовано ими и «подъ собственными парами» при- шло въ Сасебо или Нагасаки... Подняты, будто бы, ими «Баянъ», «Пересвѣтъ», поднята и «Паллада», а въ началѣ октября они поднимутъ и «Новикъ»... Должно было бы лишь удивляться энергіи, искус- ству и уму японцевъ и негодовать на нашихъ моряковъ, такъ легко отдававшихъ свои корабли предпріимчивому непріятелю, еслибы... еслибы то- кійскимъ телеграммамъ можно было вѣрить. Но насъ просятъ больше вѣритъ своимъ—и въ этой за - конной просьбѣ мы не въ правѣ и не можемъ от- казать. Вотъ что по этому поводу пишетъ въ «Нов. Вре- мени» (№ 10601) г. В. Черкасовъ, участникъ зато - пленія нашихъ судовь въ Портъ-Артурѣ: «Описывать произведенныя нами въ день сдачи повре- жденія судовъ въ подробностяхъ не считаю удобнымъ, такъ какъ для большинства читаюіцей публики совершенно все равно—-былъ ли произведенъ взрывъ противъ трубы или же противъ мачты, тогда какъ для японцевъ, если бы они дѣйствительно вздумали приступить къ подъему судовъ, подобное указаніе сослужило бы огромную службу, такъ какъ имъ достаточно будетъ найти указанныя на чертежѣ пробоины и не искать зря поврежденій въ глубоко засѣв- шемъ въ илу днищѣ корабля послѣ того, какъ имъ стало доподлинно извѣстно, что на «Баянѣ» днище не было взор- вано. Поэтому считаю вполнѣ достаточнымъ сказать лишь, что всѣ корабли были повреждены и затоплены, хотя и въ короткій промежутокъ времени (съ 11 час. вечера до 7 час.