rk000000191

190 5 . N8 70 . З а н е д ѣ л ю . (25—31 іюля). Началось... То, чего одни ждали съ такимъ стра- хомъ, другіе съ такой надеждой и всѣ съ интересомъ и волненіемъ,—началось. Переговоры о мирѣ откры- лись. 23 іюля уполномоченные Россіи и Японіи сошлись на нейтральной палубѣ «МауНо\ѵег’а», познакомились, выслушали молча тостъ хозяина - президента, без- цвѣтный и безстрастный, какъ подобаетъ быть тосту, который просятъ принять молча, — замѣчательный только тѣмъ, что впервые Японія названа великою державою, — и направились въ Портсмутъ. Здѣсь, въ угрюмыхъ стѣнахъ морского арсенала, долженъ рѣ- шиться вопросъ о мирѣ. Передъ этимъ вопросомъ сту- шевались всѣ остальные вопросы и интересы и въ на- пряженномъ ожиданіи его разрѣшенія затихла полити- ческая жизнь всего міра. Совершенно незамѣченнымъ и никого не волнующимъ прошелъ за эту недѣлю рядъ событій, въ другое время оживленно и страстно комментируемыхъ. Въ то время, какъ Англія напрасно старалась раздуть въ міровое событіе торжества прі- ема французской эскадры адмирала Кальяра, платив- шей англійскому флоту отвѣтный визитъ въ водахъ Коуса и Портсмута,—Франція думала о другомъ Порт- смѵтѣ—американскомъ,—гдѣ рѣшается судьба ея со- юзницы, Россіи. Характерно то, что царившій передъ открытіемъ переговоровъ оптимизмъ какъ-то безот- четно и быстро смѣнился вдругъ всеобщимъ песси- мизмомъ. И въ этой перемѣнѣ, по общему мнѣнію, не мы, русскіе, виноваты. Дѣйствительно, съ перваго же засѣданія стало ясно, кто явился говорить о проч- номъ мирѣ искренно, а кто только надѣялся его со- рвать. Къ числу пріемовъ и средствъ, неспособствую- щихъ установленію прочнаго мира, французская печать прежде всего отнесла занятіе беззащитнаго Сахалина, совершившееся въ то самое время, когда японское правительство изъявило согласіе на переговоры о мирѣ, а японская печать и дружественная ей англій- ская кричали на весь свѣтъ объ умѣренности япон- СЪРЫЙ ГЕРОИ. РИС. ХУД. М. ЕЗУЧЕВСКАГО. СОБСТВ. «ЛѢТОПИСИ».