rk000000174

земледелия, одною из важнейших отраслей промышленности было ткание миткаля. В каждом селе, в каждой деревне можно встретить две-три светелки, в которых помещаюгся по 40 и более ткацких станов. Кроме светелок, в видах сбережения нравственности молодого поколения, некоторые домохочяева брали к себе иа дом основу и уток. Пряжу обыкновенно берут с бумаголря- дильной Ивановской фабрики. Были люди, так называемые комиссионеры, которые оптом закупали пряжу и раздавали ее по светелкам и домам. На Гру- зинской ярмарке с окончанием полевых работ комиссионеры и содержатели светелок обыкновенно задабривали ткачей, чтобы у них брали пряжу или са- дились ткать на будущий зимний сезон и поили обыкновенно рабочих винцом в сытость. Теперь с упадком бумагопрядильной промышленности комиссия, говорят, пала, и тканиха тоже остановилась. Наконец, нельзя не упомянуть об одной всегдашней принадлежности каж- дой сельской ярмарки, именно о слепых певцах и певицах. Между действи- тельно слепцами бывают, конечно, и притворно слепые. На описываемой яр- марке я нашел целый хор таких людей, состоящий из пяти мужских и двух женских голосов. Седмеричное число знаменательно! С раннего утра и далее полудня слепые тешили православный народ разными песнями духовного содержания. Поелику те, какие трудно разобрать, и притом песни их, может быть, давно записаны, то я не счел нужным вслушиваться в содержание самих песен. Все певцы и певицы одеты были в чистые кафтаны и рубахи и обуты в хорошие сапоги. Вожаки их, мальчики, тоже прилично одетые, сбирали по ярмарке. Стороной расспросил я об этих людях: оказалось, что они всем изве- стны, живут по разным деревням бобылями, собираются вместе только на ярмарке или богомолье. Здесь они получают подаяние, которое собирают вместе и раздел простирается 2-3 рублями на каждого. К кружку певцов при- мыкали еще один нищий, не поющий и один юродивый, которые собирали подаяние, не входя в долю певцов. Ярмарка помещалась. как и прежде, на просторной плошади около церкви. Эту площадь приезжие торговцы произвольно разбирают еше с вечера на несколько неправильных четырехугольников. В каждом четырехугольнике смыкаются они в каре, на лицевой стороне продают товары, а во внутренней помещают свои обозы и лошадей. Если смотреть немного издали, то вся яр- марка представляет одну сплошную массу людей, лошадей и возов, с вздерну- тыми вверх оглоблями. Так как русский человек не любит говорить, а тем более торговать тихо, то шум и гам от ярмарки слышен за полверсты от села. Властей, обязанных наблюдатъ за порядком и тишиною, мне не удалось видеть. Впрочем, случаев. вызывающих власть, не было. Церковь за места ничего не берет с торгующих, кроме того, что сами они подают на церковное блюдо и священнику, обходящему базар со святой водой. Московские ведомости. 23 ноября 1862 г. №256. 67