rk000000174

Кто ж преступать закон дерзает таковый? — Вы. Не знавши согрешим, так это ничего? — Чего? Грех из неведения без казни преминет? — Нет! Какую ж нам грехи погибель принесут? — Суд. Итак, спастися нам надежды больше несть? — Есть. Через кого же Бог ведет нас к небесам? — Сам. Так следственно век жить должны мы правоверно? — Верно. Благодарю тебя я эхо за ответы! Но станешь ли давать и впредь ты мне ответы? Я каждый день ходить к тебе не перестану — Стану. Так будь мой эхо друг! А я твоих услуг до смерти не забуду!.. — Буду. Смысл подобного стихотворения определялся следующим образом: «Эхо, в смысле стихотворном взятое, есть такой род сочинения, где приискиваются такие слова, которые бы состояли из отрывков других больших слов и делали бы с оными рифму... «Эхо» производилось таким образом. На середину залы выходил ученик и читал свое стихотворение — эхо. Последние слоги каждого стиха повторялнсь скрытыми на хорах семинарской залы «знаменитейшим басом»5 Детские годы сын любецкого священника Викгор Тихонравов провел в род- ном селе, а затем отрока отдали на воспитанне во Владимирское духовное училише. После его успешного окончания он продолжил свое образование во Владимирской духовной семинарии, которую в 1818 г. и закончил одним из первых учеников4. Семинарня тогда грубо именовалась бурсою — как это значится и в класси- ческнх пронзведениях Н. В. Гоголя и Н. Г. Помяловского. Нравы там были далеко не идиллические. Но правящий владимирский епархиальный архиерей Ксенофонт питал любовь к изящной словесности. Поэтому такую же любовь вынужденно выражали и семинаристы. Проводя досуг в бедности и отнюдь не в богоутодных занятиях, они прерывали свои дружеские студенческие попой- ки, чтобы накропать очередную оду, восхваляющую Владыку-епископа. Стихотворчество большинства нз них заканчивалось с окончанием курса учебы. Семинарист Виктор Тихонравов явил собой исключение. Всю свою жизнь он посвятил не только священническому служению, но и Евтерпе — музе лирической поэзии, продолжив, таким образом, литерагурный опыт сво- его отца. Самые ранние дошедшие до нас тетради стихов В. Ф. Тихонравова датирова- ны 1816 годом, когда он еще обучался в семинарии. В этих стихах он описывал семинарские нравы, многие из них посвящал друзьям. В январе 1817г. Виктор поместил в рукописном сборнике семинаристов, поднесенном Владыке Ксе- нофонту, свои стихи на немецком языке. которые до нас не дошли'. В то время из нынешних поэтов-классиков более всего был известен разве что Державин; Пушкин только начинал свою поэтическую карьеру, а иных известнейших нам