3 6 2 л о п У х и н ъ . ней давиости, эамѣчаетъ онъ въ своихъ эанискахъ, то нужно не признавать никакихъ сроковъ,— кто же останется тогда крѣпостными? „И такъ, взволнѵешь только людей самымъ малымъ числомъ такихъ рѣ- шеній, а многихъ сдѣлать обіцая польза. конечно, не допуститъ. Цѣлыя селенія, многія тысячи душъ станутъ п р о изводить иски о вольности. Пачнется дѣло нерьями стряпчихъ, нитающихся ябедою и подущеніемъ на нее, а кончится пушками, илп, по крайней мѣрѣ, кнѵтьями, ссылками. ежели не висѣлицачи, что также бывало“ . Замѣчанія эти въ извѣстной етепени основательны; дѣйствительно, нужно было не болѣе мягкое тол- кованіе существующихъ законовъ, которое могло совершепно исчезнуть при иномъ настроеніи правительства. а изданіе новыхъ, болѣе благопріят- ныхъ для крестьянъ. Но было бы оптибочно думать, что самъ Лопухинъ смотрѣлъ на дѣло именно съ этой точки зрѣнія, что онъ не желалъраз личными палліативами отдалять окончательное рѣшеніе крестьянскаго вопроса. Нѣтъ, онъ считалъ крѣпостное право необходимымъ для Россіи при данномъ нравственномъ состояніи народа, упуская изъ виду, какой тормазъ относительно улучіуенія его нравственности составляетъ неогра- ниченная помѣщичья власть. Онъ думалъ, что господа имѣютъ олаго- твориое вліяніе на своихъ крѣпостныхъ, забывая. что для ирочнагс нравственнлго усовершенствованія необходимо и извѣстное умственное развитіе, которое было невозможно безъ развитія народнаго образованія а давать образованіе крѣпостнымъ, по справедливому замѣчаніюСнеран- скаго, было бы просто жестокостью. Вновь повторяя, что онъ первый можетъ быть, желаетъ. „чтобы не было на русской землѣ ни одного не- свободнаго человѣка“ , онь, однако, прибавляетъ: „мо народъ требуеѵѵ обузданія и для собственной ею пользы; для сохраненія же общаго бла гоустроиства нѣтъ надежнѣе полиціи. какъ управленіе помѣщиковъ Ти- раны изъ нихъ должны быть обузданы. но сіе до.тжпо быть такъ рас ноложено, чтобы начальники губерній, при обузданіяхъ тиранства. столько же бы страшились наказанія за малѣйшее при томъ излишество или пристрастіе и столько же бы увѣрены были не избѣжать того нака инія, сколько тираны за тиранство“ . Такимъ образомъ, ес.ти бы прави тельство стало дѣйствовать согласно съ желаніями Лопухина, то оно должно было бы не только отмѣнить законъ императора Павла о трех дневной барщинѣ, но и обставить предписаніе, данное намѣстникамъ въ учрежденіяхъ о губерніяхъ, объ обузданіи тиранства и жестокости та- кими оговорками. которыя сдѣлали бы его совершенно недѣйствитель- нымъ; и при довольно обширныхъ правахъ, данныхъ въ этомъ отноше- ніи гѵбернаторамъ, помѣщики, повинныевъсамомъ вопіющемъобращеніи съ крестьянами, все-таки, кричали иной разъ о притѣсненіи, когда ихъ подвергали за то отвѣтственности. Лопухинъ, какъ мы уже ѵпоминали строго примѣпялъ къ дѣлу свои взгляды въ качествѣ сенатора: такъ.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4