КНИГА УНГЕРВА -ШТЕРНВЕРГА . 2 8 9 мѣра“. Счигая невозможнымъ даровагь крестьяниПу наслѣдственвое иользованіе землею, авторъ. одвако, готовъ призпать за иимь неограниченное право соб- ственпости иа движимое имущество; мало того, онъ готовъ допустить, чгобы „мѣра его новнпностей и напряженіе его силъ были бы точпо оПредѣлены и про- нзвольные налоги запрещены", т.-е. признать то. что до извѣствой стеиенн было цредиисано заковомъ въ Лифляндін еще въ 1765 г (хотя и не соблюдалоеь на практикѣ), но, вмѣстѣ съ тѣмъ, онъ категорически заявляетч-, что „наслѣдствснвую собственность господина составляютъ крестьяне съ землею, батраки крестьянт,, барщина, разные сборы, выборъ прислуги ио своему произволу лично для себя и для всего двора и пользованіе талантами въ искуетвахъ и ремеслахъ, которые господинъ разовьетъ въ своихъ крѣпостныхъ“. Помѣщикъ долженъ также имѣтг, цраво наказывать крестьянъ при посредствѣ сельскаго суда. Мы видимъ, такимъ образомъ, что, несмотря на откровеннокрѣпостни- ческое отношеніе къ крестьянамъ, несмотря на недоиущеніе и мысли о возможности ихъ свободы, авторъ соглашается на ограниченіе новинно- стей крестьянъ по законѵ. Это объясняется тѣмъ, что въ Лифляндіи еще шведское правительство точно соразмѣрило повинности крѣпостныхъ въ пользу господина съ количествомъ находящейся ьъ ихъ нользованіи земли, и хотя во время русскаго госнодства положеніе крестьянъ въ дѣйстви- тельностизначительноухудшилось,тѣмъ не менѣе, даже такіе крѣпостники. какъ Унгернъ-Штернбергъ. не рѣшались отрицать, но крайней мѣрѣ, въ теоріи, нѣкоторыхъ принциповъ. По каковъ долженъ быть размѣръ повин- ностей. — это другой вопросъ; въ этомъ отношеніи остзейскіе бароны от- лично помнили свои выгоды и мастерски умѣли соблюсти ихъ. при всемт. желаніи русскаго правительства улучшить бытъ крѳстьянъ, какъ это пре- красно доказываетъ исторія лифляндскаго комитета, учрежденнаго въ Петербургѣ для выработки уложенія І8О4 г. и существовавшаго много лѣтъ и послѣ того, а еще болѣе освобожденіе крестьянъ во всемъ Прибал- тійскомъ краѣ во вторую половину царствованія императора АлександраІ. Всего любопытнѣе то, что книга Унгерна-ІПтернберга, напечатанная въ Петербургѣ, не могла выйти въ свѣтъ; убѣжденія ея автора до такой етепени противорѣчили либеральнымъ намѣреніямъ правительства но крес гьянскому вопросѵ вообще и въ частности желанію улучшить бытъ крестьянъ въ Лифляндіи, что сочиненіе это было арестовано, экземпляры его сожжены, и авторѵ было объявлено „негодованіе Его Величества за столь дерзновенный поступокъ“ *). Возвратимся, однако. къ книгѣ Кайса рова, который бымъ такъ спльно и вполнѣ справедливо возмуіценъ творе- ніемъ Унгерна-ІИтернберга, и сжато изложимъ мысли, высказанныя въ его диссертаціи. Успѣхи земледѣлія. — объясняетъ авторъ, — зависятъ отъ свободы и права собственности земледѣльцевъ; какъ можетъ крестьянинъ стара- тельно обработать свое поле. если господинъ въ хорошую погоду посы- ’) „Историч. свѣдѣнія о цензурѣ въ Госсін“ , стр. 13. Томъ I. 19
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4