3-й Всероссийский с'езд семинаров. Это было в ночь на праздник Рождества 1906 ю да . Мощный гул колоколов Сергиевской лавры потрясал стены академии. Было 2 часа ночи .... Я проснулся полный тревоги, і;ак от мощной силы авона, так и важности предстоявшего дела. В 2 часа ночи открывался Всероссийский семиаарский с ‘езд, за- седание которого должн о было происходить в стенах академии. Участники с‘езда должны были иройдти в начале в церковь ака- демии, как молящиеся, а, потом, пробраться в залу заседения (с ‘езд должен был п ер в оначально собраться в Москве, но в черносотеішом органе п3емля“ появилась заметка, ччто на днях предстоит Всерос- сийский семинарский с ‘езд в гор. Москве. Меры полицией приняты“). Во избежание срыва с‘езда, таковой был перепесен в Сергиевский посад. С‘езд оказался не полным. Явилось до 20 цредставителей вместо 30 приглашенных. Это был з-й семинарский с‘езд, который резко отличался по свое- му содержанию от 2-х первых К этому времени, под влиянием общего хода событий обществен- ной жизни в Росспи, определившейся лживой политики правитель- ства,—произошел перелом и в семішарском движении. Если первые два с 'езда могут быть названы академическими по постановке вопросов, то последний с‘езд коренным вопросом поставил, прежде всего, свержение самодержавия и борьбу за учредительное со- брание, бойкот выборов в Государствениу к> Думу, агитаторско-пропа- гандистскую деятельность внутри семинарий и. разрешая втоже время, учебно-академические вопросы, ставя их под лоаунгом: „свободная школа—в свободном государстве“. Более того, с ‘ездом была выражена яркая политическая окраска— на с 'езд впервые был приглашен для освещения политических вопро- сов—член Центрального Комитета партии С.-Д. В 3 дня работа успешно была закончена и с 'езд после себя оста- вил богатые материалы. В целях надлеж ащ его оповещения полиции. в газетах была пу- щ ена заметка, „что, все таки, с 25 по 27 декабря собирался Всерос- сийский семинарский с ‘езд. Но грозе суждено было разыграться не в МоскЕе и Сергиеве, а в Вятке. Постановлением с ‘езда Центральный Комитет перенесен был в Вятку. Протоколы, как исторические реликвии, хранились, казалось бы, в самом священном и безопасном месте—под престолом семинарской церкви. Но накавуне Пасхи дьяко й этой церкви сменял одежды пре-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4