Река Унжа была названа так костромичами, бежавшими сюда в 1463г. из разоренной татарами Костромы. Эти беженцы осели «приклонились» в этих местах основав с. Приклон и деревни. Большой и Малый Приклон. Такова вторая версия о происхождении названий этих деревень. Название пог. Старые Котлицы пвоизошло от большой ямы- «котла», в которой отливали колокола. Во время оно шли два мужика. Одного из них звали Яков. «Яков» - обратился к нему спутник, «Цево»- отвечает тот. Так произошло название с. Яковцево. В деревне Новой, что стоит при большой дороге, был постоялый двор и жил в нем целовальник Савва. Ямщики, зяказывяя водку, пришваривали: «Савва, слей-ка». Так произошло второе название с. Саваслсйка. В д. Хвосцово была жестокая помещица, которую однажды зимой, три мужика похитили и ночью утопили в проруби. Речку же назвали в память этого Барынька. Заплутались в овраге дед Степан и бабка, бабка даявай кричать: «Сенька!», а тот отвечал: «Я». Так и назвали овраг «Ясенъка». Засим, перейдем к муромским разбойникам. Легенды о них существуют по обоим берегам Оки и вдоль больших дорог. По содержанию они делятся на 2 группы: места грабежей и места закопанных кладов, легенды эти малоинтересны по содержанию, и посему останавливаться на них не буду. Скажу только, что иногда предания называют имена атаманов. Легенды о святых являются собственно дополнением литературных житий, привязывая события, в них описанные, к конкретным местам города и окрестностей. Создавались ли они на основании житий, или жития создавались на их основе? Очевидно, имело место и то и другое, и сейчас уже навряд-ли можно в этом разобраться. Но иногда предания носят чисто эпический характер. Например, одна из версий названия оз. «Пролей каша». Ехал как-то св.Глеб из Мурома, решив подкрепиться, неосторожно пролил котелок с кашей. Так образовалось озеро. Слобода Глядячая, ниже Мурома, получила свое название от последнего взгляда, брошенного св. Петром и св. Февронией на Муром, когда они, изгнанные, плыли из города. Место Сой остановки их, ибо по преданию, в отличие от жития, остановок было 2, так понравилось св. Февронии, что она в восторге воскликнула: «Ах, какие премилые горы!». С тех пор их называют Перемиловы. По другому преданию здесь в древности было капище бога любви Перемила. Здесь же показывают пенек , оставшийся от дерева , выросшего по слову св. Февронии, о чем пишется в житии. Оз. Кстово, в конце XVIII в. ставшее основным руслом Оки. получило название свое по крещению в нем св. Константином муромлян. А в основном предания, как я уже сказал , лишь дополняют жития, указывая места, где жили святые, или где происходило то или иное событие. Например, место встречи Петра и Февронии по приезде из Ласкова, место, где стояла келия, место убиения св. Михаила и т.д. Из эпических преданий основное место занимает цикл легенд об Илье Муромце. Карачаровские крестьяне, вопреки научным гипотезам, твердо убеждены, что Илья Муромец существовал и был их земляком. А как же иначе? Ведь в Карачарове есть семья Гущиных, прозванных в отличие от остальных, «Большие Гущины», и происходящие от Ильи Муромца. У нас Илья Муромец не воин, а труженик и ездок. Сравнивая местные предания с былиной об исцелении Ильи Муромца, приходим к выводу, что эта былина создавалась на основе местных преданий, а не наоборот, ибо содержит в себе много чисто местных деталей, которые за время существования былин и огромного расстояния от Мурома до Севера, где они были записаны, естественно, претерпели изменения. Первым поприщем для богатырской силы исцеленного Ильи Муромца, было вырывание дубов. Предание связывает здесь сразу два события. Первое - это изменение русла Оки в результате заваливания старого русла дубами. Оба русла существуют и в наше время. Второе- расчистку вокруг села Карачарова окружающих полей и лугов. Предания показывают место, где стояла изба Ильи Муромца, гору, в которую он внес 3 огромных дуба, положенных в основание Карачаровской церкви. Интересно отметить, что в местных легендах Илья Муромец отождествляется с Ильей Пророком. Ну а тот, в свою очередь, слился в представлении русского человека с Перуном, культ которого был связан с поклонением кумиропоклонным дубам. Более всего легенд связано у нас с поездкой Ильи в Киев. И хотя маршрут по ним восстановить невозможно, т.к. богатырские скоки расходятся от Карачарова во все стороны, но зато можно разделить их на два вида. Богатырский конь то пробивал землю, и от удара начинал бить родник или образовывался колодец. Таких скоков 14. Или ударялся о большие камни, некстати попадавшиеся на пути, отчего на них оставался выбитый след копыта. В Муроме, с этой поездкой связывается название Скоковой горы. Интересно, что некоторые из этих скоков одновременно являются предметом религиозного почитания в результате явившихся около них Богородичных икон. А в с. Лазареве связывается преданием с культом св. Иулиании. Лишь один раз Илья Муромец в муромских преданиях выступает как воин. А именно, жила на противоположном берегу Оки литва (так в легендах между Окой и Волгой называется автономное население, преимущественно угро-финны, жившие здесь до прихода русских). И вот, в Ильин день напала она на Муром. В это время товарищ Ильи, неназываемый по имени (это вообще интересная деталь эпической биографии Ильи Муромца, т.к. не только в преданиях , а в некоторых былинах, фигурирует безымянный его товарищ). Эрих Ляссота в 1594 г. видел в Софии Киевской разрушенную гробницу Ильи Муромца, а рядом могилу его, опять же безымянного товарища, так вот, этот товарищ, лечился водой одного из колодцев, образовавшихся при богатырском скоке Ильи в Киев.. Затем, излечившись, они вдвоем 5
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4