rk000000116

Воспоминания 27 на казённый кошт, будем воспитывать и учить». Дед постригся в монахи, а ребята, мальчишки, сначала учились в духовном училище, затем пе­ решли в семинарию, а тётя Шура в епархиальное училище. Моего отца не прельщала духовная де­ ятельность, и он ушёл с последнего курса семина­ рии, выписался из духовного звания и экстерном сдал экзамены в Шуйскую гимназию, получил по всем предметам «пять» и отличный аттестат, который разрешил ему пройти по конкурсу в Во­ енно-медицинскую академию в Петербурге, кото­ рую окончил он с отличием. Дед [в монашестве - отец Владимир], был неглупый, очень честный, и архиерей назначил его архимандритом Владимирского Рождествен­ ского монастыря. Должность архимандрита - это управляющий всем хозяйством монастыря. А хозяйство было огромным: мельницы, леса, посевы... Я помню, как к деду приезжали упра­ вители отдельных хозяйств со своими отчётами. Дед им спуску не давал, и часто управители вы­ катывались от него вон под ругань деда. Дед умер в 1918 году и был похоронен во Владимирском Девичьем монастыре около церковного алтаря. Могила не сохранилась. После его смерти обна­ ружилось всё его «богатство» - 5 руб. денег и мо­ настырская чёрная мантия, из которой тётя Шура в тяжёлые годы (1919,1920,1921) сшила себе пла­ тье... Письмо третье (без даты). Здравствуй, дорогая Алёнка! Продолжаю рассказ о нашей семье. Я уже пи­ сал, что старшим сыном архимандрита Влади­ мира (в миру Виктора Васильевича Беляева) был Николай Викторович Беляев5, твой дед. Также упоминал я, что он вышел из духовного звания, кончил экстерном Шуйскую земскую гимназию с отличием и, получив соответствующий атте­ стат, поступил в Военно-медицинскую академию в Петербурге,1которую окончил с прекрасным аттестатом в конце 1895 года. К этому времени он был женат. И на руках было трое мальчишек: Володя, Коля6и Федя7. Николай Викторович по­ лучил назначение в г. Заславль - это городок, расположенный вблизи границ старой Австрии и Польши. <...> Наша семья прожила там не­ сколько лет, там родился Виктор8. <...> Из За- славля накануне японской войны отца перевели во Владимир, где в 1904 году родился я. Началась война с Японией, и отец уехал на Дальний Вос­ ток в качестве врача военно-санитарного поезда. По окончании войны отец решил продолжать своё медицинское образование и опять поступил в Военно-медицинскую академию в Петербур­ ге как соискатель докторской диссертации. Ко­ нечно, это ему было по силам, но грянула война 1914 года. По качеству зрения он мог бы отка- Николай Викторович и Клавдия Фёдоровна Беляевы заться от фронта, но его архипатриотические убеждения увели его на фронт. Он был в районе Карпат, где были жаркие бои под командованием генералов Брусилова и Рузского. Надеялись пе­ ресечь Карпаты, предварительно захватив Львов и Перемышль, но немцы оттянули свои силы с западного фронта, организовали сопротивле­ ние. Наступление сорвалось. Много было курьёзного и на этом участке фронта, в этой части среди офицеров, врачей. Так, с отцом произошёл такой случай. Был у них в полку поп Лепорский, наш владимирский. Этот поп занимался скупкой лошадей, которых после боя приводили к нему солдаты, а затем этих ло­ шадей он перепродавал военному начальству. И вот однажды, когда в землянке собрались офи­ церы и малость подвыпили, мой отец ухватил попа Лепорского за бороду и трепал его, приго­ варивая: «Разве ты поп, ты казнокрад и барыш­ ник!». Скандал дошёл до ставки, и только матери с её дипломатическими способностями удалось этот скандал потушить. После этого отец был пе­ реведён главным врачом военного санитарного поезда, где и работал до смерти в 1916 году. Наша семья. <...> Кроме отца и матери: была ещё бабушка, мать моей матери. Отец очень ува­ жительно относился к ней и называл мамашей. Бабушка была очень добрым и душевным чело­ веком и всегда спасала нас, заслоняя своей юбкой от гнева мамы, когда мы что-нибудь набедоку­ рим. Она вела всё наше хозяйство. В её ведении была кухарка и денщик, который по штату по­ лагался отцу от полка. Бабушка настолько люби­ ла нас, что даже на смертном одре просила мою мать: «Накорми ты их». Она умерла в 1914 году перед мировой войной. Про моего отца я уже писал. Теперь - о моей матери. Мама была доче­ рью кондуктора Панфилова, у которого было два сына - Михаил и Николай и, кроме мамы, ещё две дочери - Вера и Александра. Дед по матери заразился в поезде сыпным тифом и умер в 90-х годах XIX века. Дядя Миша умер от туберкулёза, дядя Коля, большой пьяница и озорник, работал учителем в средней школе в г. Юрьеве-Польском.