rk000000116

110 Краеведческий альманах инструктором. Два брата Петра, Тимофей и Иван, жившие в Майкопе или Таганроге, в 1937 г. были репрессированы и погибли (только после знаком­ ства с А. М. Кузнецовой стало известно, что Иван вернулся из лагерей). Сейчас, после изучения архивных документов, к этому можно добавить, что Пётр в конце 1929 г. ещё жил во Владимире в доме отца и работал сле­ сарем в железнодорожном депо13. Думается, что он уже имел в виду поступление в лётную шко­ лу, а в то время рабочему «от станка» сделать это было куда легче, чем сыну бывшего военнослу­ жащего царской армии, чиновника или торговца. Мы с мамой тогда не только искали влади­ мирских старожилов, знавших семью Тарапата. В первую очередь, мы начали изучение доступ­ ных нам источников информации о ходе Великой Отечественной войны, о передвижении в ходе её советских войск. О сети Интернет, так облегчаю­ щей поиск и общение сейчас, тогда, понятно, не было и помину. Поэтому источниками информа­ ции для нас стали книги, хранившиеся во Влади­ мирской областной универсальной научной би­ блиотеке им. М. Горького и обширная переписка. К сожалению, именно официальные источ­ ники весьма затруднили нашу работу, назвав две даты гибели П.В. Тарапаты14. В хронике «СССР в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» мы прочли следующее: «1944, 29 июня, четверг. Командир эскадрильи 952-го штурмового авиа­ полка15капитан П.В. Тарапата во время штурмо­ вого удара по окружённым войскам противника в районе Витебска был атакован немецкими ис­ требителями, одного из них сбил огнём своих пулемётов. В бою врагу удалось поджечь самолёт Тарапаты. Отважный лётчик направил горящий самолёт в автоколонну противника, нанеся врагу большой ущерб»16. А вот свидетельство докумен­ тов Центрального архива Министерства оборо­ ны СССР (ЦАМО): «По архивным документам 952-го штурмового авиационного полка установ­ лено, что 17 ноября 1943 года капитан Тарапата с воздушным стрелком старшим сержантом Ко­ новаловым на самолёте ИЛ-2 № 8423 не верну­ лись с боевого задания. По докладам летавших вместе экипажей установлено, что капитан Та­ рапата над целью в период атаки сбит огнём зе­ нитной артиллерии противника, сделал полную петлю и крутой разворот и пошёл со снижением на территорию противника вдоль линии фронта в районе восточнее Заволны. Полк на 17.11.1943 г. имел задание произвести штурмовой удар на уничтожение артминбатарей и живой силы про­ тивника в районе Шибаны, Загрядье, Заволны»17. Помимо приведшей нас в растерянность «новой» даты гибели П. В. Тарапаты, архивная справка ЦАМО содержала ещё ряд интересных данных: «Командира 3 АЭ (авиационной эска­ дрильи18 - Г. М.) капитана Тарапату П.В. и воз­ душного стрелка ст. сержанта Коновалова И.В., не вернувшихся с боевого задания 17 ноября 1943 года, исключить из списков части и всех ви­ дов довольствия. Командир эскадрильи капитан Тарапата Пётр Викентьевич 1908 года рождения, уроженец г. Владимира, член ВКП(б) с 1930 г., призван Владимирским ГВК. Жена Тарапата Ли­ дия Андреевна проживала: г. Уральск, ул. Комис- саровская, д. 75. Воздушный стрелок старший сержант Коновалов Иван Васильевич 1918 года рождения, уроженец Молотовской области, ст. Левшино, член ВЛКСМ с 1935 года, призван Ел- новским РВК Куйбышевской области. Коновало­ ва Антонина Ивановна (родственное положение не указано) проживала: Молотовская область, ст. Левшино, Камгес, Сангородок, д. 519. В докумен­ тах 952 шап (штурмового авиационного полка - Г.М.) и 311 штурмовой авиационной дивизии20, которой подчинялся 952 шап, сведений о совер­ шении капитаном Тарапатой огненного тарана не отражено». Вот так. Теперь нам предстояло не только уточ­ нить дату гибели Петра Викентьевича, но и под­ твердить характер его подвига: просто погиб при ударе о землю подбитого и потерявшего управле­ ние самолёта или совершил «огненный» таран. За­ бегая вперёд, скажу, что в болотистой Белоруссии возможен был и третий вариант: подбитый само­ лёт мог просто упасть в болото (находили такие самолёты в т.ч. и возле деревни Шабаны Витеб­ ской области). Недаром потом поисковики Бело­ руссии не раз приглашали меня на подъём из бо­ лота очередного найденного самолёта. И потянулись годы поиска и интенсивной пе­ реписки, благо это было время, когда государство «повернулось лицом» к теме о Великой войне, а государственные учреждения отвечали даже на запросы несовершеннолетней школьницы. Передо мной «Тетрадь учёта корреспонденции, связанной с поиском» - так я назвала её, ещё не зная о существовании понятий входящей и ис­ ходящей корреспонденции. Я вела её с 1981 по 1985 г. Мои корреспонденты: ЦАМО, редакции газет «Красная звезда», «Пионерская правда», «Витебский рабочий», областной газеты Перми, журнала «Молодой коммунист», областные во­ енные комиссариаты Ворошиловграда, Витебска, Ульяновска, Управление военного издательства Министерства обороны СССР, клуб «Поиск» Мо­ сковского техникума советской торговли, адрес­ ное бюро Уральска, Советский комитет ветеранов войны, Управление кадров ВВС Министерства обороны СССР, Белорусский государственный музей истории Великой Отечественной войны, начальник кафедры Военно-воздушной академии им. Ю. А. Гагарина, профессор, генерал-майор авиации А. Д. Зайцев, авторы статей об «огнен-