rk000000116

108 Краеведческий альманах ников вокруг музея в последние два года моей учёбы так и не возникло. Помню, что мы, два-три школьника, съездили под руководством завуча в деревню одного из районов Владимирской обла­ сти: встречались там с женщиной, которая что-то рассказывала нам про одного из наших героев. На этом, собственно, для всех, кроме меня, музейная работа и прекратилась. Впрочем, и тот многолет­ ний поиск, который я вела с активной помощью моей мамы, в общем-то имел лишь опосредован­ ное отношение к школьному музею, поскольку закончился, когда мне уже было за 20 лет. Музей в школе к тому времени уже бесследно исчез. К тому же, основные поисковые и оформи­ тельские работы в музее к началу 1980-х гг. были уже завершены, и в экспозиции были представле­ ны стенды, посвящённые тринадцати нашим зем­ лякам с более или менее полным рассказом о них: фотографии, письма с фронта, свидетельства об учёбе, воспоминания родственников, друзей, соучеников по школе, однополчан и т.п. Введя меня в курс работы музея, моё внимание в пер­ вый же день сконцентрировали лишь на одном имени: Пётр Викентьевич Тарапата. О нём в экс­ позиции музея рассказа не было, поскольку, кро­ ме подлинной его фотографии, статьи в газете с призывом откликнуться тем, кто знал запечат­ лённого на фотографии человека2, а также пись­ ма-отклика на эту статью всего одной женщины, музей ничем не располагал. Помню, что даже к автору письма к тому моменту никто ещё не хо­ дил. А фотография... Я была в то время неопыт­ на в поиске, иначе бы сразу задалась вопросом, откуда она, если о самом запечатлённом на ней человеке ничего не известно. Это сейчас, после знакомства с Александрой Кузнецовой, я знаю, что школьники из предшествовавшего мне по­ коления «следопытов» при встрече с бабушкой Александры Найдой Владиславовной Волковой, урождённой Тарапата, взяли фотографию Петра Викентьевича для копирования и не вернули3, причём в музее даже не осталось свидетельства о знакомстве и результатах беседы с теми, кого и надо было прежде всего расспрашивать о герое! С Найдой Владиславовной мы впоследствии встречались, выйдя на неё «окольными путями», на что потратили несколько месяцев. Однако, возможно, именно обида на поступок моих пред­ шественников не способствовала её открытости и желанию рассказывать о семье. Мы, правда, объяснили себе тогда сдержанность Найды Вла­ диславовны тем, что братья её отца Иван и Ти­ мофей были репрессированы и погибли (и лишь теперь я знаю о том, что о судьбе Ивана нас ин­ формировали неточно). Но как же интересно всё обернулось! 30 лет спустя, прочитав мою статью4, которой я, по сути, прощалась с тем давним, моим первым в жизни поиском, внучка Найды Владиславовны, Александра Кузнецова нашла меня. И в моей памяти начали оживать уже почти забытые люди, факты, события... В статье коротко рассказывалось о результа­ тах длительного, трудного и крайне интересного поиска. К тому же, напросившись на встречу со мной и мамой и выслушав наш рассказ о поис­ ке, основные его моменты отразили в статье «Из истории семьи „огненного пилота” П. В. Тарапа- ты» учащиеся средней школы № 345. Теперь же есть возможность рассказать об основных вехах многолетней поисковой работы более подробно и упомянуть, наконец, всех людей, которые, так или иначе, помогали в ней. Итак, ученица школы № 15 Наташа Волкова в день 35-летия Победы опубликовала статью. Разместив в ней фотографию П. В. Тарапаты, На­ таша писала: «Не всё удаётся узнать следопытам о героях. Есть ещё белые пятна. О лётчике Пе­ тре Викентьевиче Тарапате (которого вы видите на снимке) пока не удалось найти ничего, кроме этой фотографии. Где прошло его детство, где его семья, что с ней? Этот вопрос был и остаётся пока без ответа». Откликнувшаяся на этот призыв участница Великой Отечественной войны Лидия Никола­ евна Николаева писала школьникам: «Случайно раскрыв газету, я узнала человека, изображённого на фотографии. Когда я была девочкой, часто с ре­ бятами ходила купаться на Клязьму, и каждый раз мы проходили мимо дома где-то у Дмитриевского собора, в котором жил этот мальчик. Дом этот на­ ходился где-то под горой, у большой деревянной лестницы, которая вела к вокзалу. Я не помню, как называлась эта улица, не знаю, как она назы­ вается сейчас. А потом, уже девушкой, я дружи­ ла с сёстрами Порожняковыми, где-то у Лыбеди, в районе улицы Гороховой, куда приходил этот человек, уже юноша, со своими братьями». Мы встретились с Л. Н. Николаевой, проживала она, как оказалось, в том же доме, в котором на тот мо­ мент жила и я - № 133а по улице им. Лакина. При встрече Лидия Николаевна практически повтори­ ла то, что уже изложила в письме, подробностей было крайне мало: в единственной во Владимире, как считала она, семье поляков было много детей, позднее она нередко бывала в семье своей подру­ ги - одной из сестёр Порожняковых, вышедшей замуж за одного из братьев Тарапата. Как видим, местонахождение домов Тарапата и Порожняко­ вых Л. Н. Николаева описала лишь приблизитель­ но. С этого и начался наш поиск, а для меня ещё и узнавание старого города, погружение в увлека­ тельный мир его истории. В течение двух недель в выходные дни мы с ма­ мой бродили по залыбедским улицам, стучались в дома, останавливали прохожих, спрашивали школьников, взрослых. Безрезультатно: никто не