rk000000115

Оподвигах, о доблести, о славе 91 Была избирательна в отношении друзей и зна­ комых. Их было немного, но это были прекрас­ ные люди. < ...> Мама никогда не допускала гру­ бости, всегда была необыкновенно тактичной, деликатной, щадящей чувства окружающих её людей. < ...> В быту была очень нетребователь­ на и неприхотлива. В 1972 году мама предупре­ дила меня, что работает последний год. Никому из домашних в голову не пришло обсуждать это решение». Профессор Алексей Степанович Фокин: «Она не только ввела меня в науку, научила постановке экспериментов, методам преподава­ ния, но и оказала огромное влияние на формирование моей личности, а также жизнь и даже быт нашей се­ мьи. К этому времени у меня уже был шестилетний сын, жена училась в ор­ динатуре в ИАГе (Институт акушер­ ства и гинекологии - Л.П.), а жить было негде. Благодаря помощи Нины Тимофеевны, мы получили комнату в новом общежитии ЛПМИ, которое было построено благодаря её исклю­ чительным усилиям и огромному ав­ торитету у руководства города. О ней вспоминают как о широко образованном человеке. Она много читала, иногда на кафедре обсужда­ лись и литературные произведения, и театральные постановки. Она вос­ хищалась многими современными поэтами. Любила общение с молодёжью, ка­ федральные праздники с традиционным блю­ дом: картошкой с домашней квашеной капустой и кильками (времена были не слишком благопо­ лучные). Во время кафедральных застолий было много смеха, розыгрышей. Всегда присутствова­ ли и студенты СНО, которых Нина Тимофеевна особенно опекала. По своему характеру Нина Тимофеевна была очень организованным и сдержанным человеком, но не сухим, а открытым, внимательным к нуждам и доброжелательным. Любила тонко пошутить. Она была человеком долга, как в большом, так и в малом. Никогда не использовала своё слу­ жебное положение для личных нужд, не прини­ мала в институт „по блату", по звонку из мини­ стерства, не старалась в ущерб другим кафедрам произвести ремонт, получить новую мебель или лишнюю ставку доцента. Нина Тимофеевна не боялась высказывать свою точку зрения, даже когда это было небезопасно, например, по пово­ ду идей академика Т.Д. Лысенко. < ...> Она всегда была защитницей справедливости. Делала это без шума и пафоса, проявляя в этих вопросах твёр­ дость, хотя в общении была мягким, терпеливым к недостаткам людей, чутким человеком. Не пом­ ню, чтобы Нина Тимофеевна когда-либо повы­ шала голос. Своё неудовольствие она выражала иным способом, тихо спрашивала: „Как вы могли так сделать, поступить, во время не подготовить и т.д.?“ Становилось очень стыдно, и человек ста­ рался не повторить поступка. Никаких выгово­ ров, разборок. Всегда корректно, деликатно. Ей легко удавалось погасить эмоциональные вспле­ ски между сотрудниками. Долг и честный труд всегда были для Нины Тимофеевны на первом месте. Уже после выхода на заслуженный отдых она продолжала интересо­ К абин ет в к в ар ти р е Н.Т. Ш утовой ваться всем, что связано с кафедрой, институтом». Галина Павловна Ирошникова, ассистент ка­ федры, вспоминала: «Она была выдающимся учёным, имела широчайший кругозор, хоро­ шо разбиралась в биохимии. Одним из первых в мире, коллектив нашей кафедры развернул под руководством Н.Т. Шутовой исследования пато­ физиологии вилочковой железы. Не удивительно, что ряд талантливых аспирантов Н.Т. Шутовой посвятили свои работы экспериментальной им­ мунологии». Профессор Николай Павлович Шабалов: «Как лектор Нина Тимофеевна запомнилась элегант­ ностью, тщательно выглаженным и чистейшим халатом, необычной доступностью изложения и культурой речи, обилием иллюстративного ма­ териала, стремлением донести знания до каждо­ го студента, независимо от его интеллекта. Она не гналась за суперновыми сведениями, которые нередко заменяют полноту и научность изложе­ ния проблематики лекции в целом. В то же время, в конце 50-х годов она в лекциях читала и о но­ вейших достижениях медицинской генетики, с лёгким скепсисом излагала учение К.М. Быкова о кортико-висцеральной патологии как всё объ­ ясняющем учении.