rk000000115

70 Краеведческий альманах бойцов к военным действиям. Рассказывается об условиях, в которых велось обучение. Людей, ко­ торым завтра в бой, учат «стрелять из нестреля­ ющих винтовок», пулемётный батальон не имеет пулемётов. А рядом - искажённое войной лицо города: превращение школ и вузов в госпитали и казармы, эшелонами отправляются в тыл «дети, заводы и Эрмитажи». Ярко описана страшная ночь под шквальным огнём врага на реке Тосне, отступление полка на новые позиции, гибель воинов... Вспоминая тяжёлые бои под Ленинградом, ав­ тор пишет: В мои мозги события влились Клочками тел, осколками металла. Философско-публицистическим пафосом вы­ деляется последняя глава «записей» под назва­ нием «Синодик». Так называется в православной церкви книга, в которую вносят имена умерших для их поминовения. Обращаясь к этому терми­ ну, историк выступает глашатаем священной па­ мяти о погибших людях и невозвратных утратах бесценных шедевров культуры, ведёт бескомпро­ миссный спор с теми, кто готов оправдать слу­ чившееся неким историческим опытом России, что враги-де не раз «топтали Русь», что, «мол, шла из века в век такая роковая русская страте­ гия». Историк пытается осмыслить действитель­ ные причины постигшей страну трагедии, и вот его горький вывод: «за варварства врага, за звер­ ства над страной» ответственны мы сами, «ответ­ ственно правительство», ложь бравурной пропа­ ганды, что «нас нет сильней... тройным ударом встретим...». Символическим заглавием «Синодик» (то есть помянник) эта глава об исторической памя­ ти адресована будущему. Автор уверен, что мы «закончим победой войну», но пророчески за­ мечает, что там, в послевоенном будущем, «за- ' хлебнувшись в словах о славе, можно забыть упомянуть - что потеряли и что оставили». И он был прав. Мы знаем теперь, сколько появилось охотников переписывать историю, выпячивая одно и замалчивая другое. Представляется, что публикуемое произведе­ ние Н.Н. Воронина будет небезынтересно совре­ менному читателю как одна из страниц живой памяти о трагическом прошлом, которой не дано порасти быльём. Н.Н. Воронин ЭТИ ДНИ (1941-1942) 1МТ1СЮ11СТЮМ Поэты спорят о ритме - размерах.. Сегодня с собою спорю и я, Не зная, какою такою мерой Обнять и исчерпать Историю... Не Крезов и Цезарей, Киров и Дантов - А этой полгода войны... РГС8Й881П10 1аг§о или апбаШе Теме такой нужны? Поэтому мысль сегодня взволнована: попробуй - в привычный ямб уложить, чтоб в ритме одном была закована Смерть, и любовь, и жизнь... Любимая! Сейчас в стихи не лезьте - О чувствах будем говорить потом. Сейчас одно мы знаем - чувство мести за вашу грусть, за Русь, за осквернённый дом... Вот эти дни - в распорядке простом, как они в жизни уложены рядом... Здесь я ни разу не думал о том, чтобы украсить их ложным парадом... Я не стремился выравнивать их - дни эти были неравного роста - были такие, которые в стих, - в сердце вторгались гигантским наростом. И за такими - неделями шли,