rk000000115

Владимир влицах 61 Во Владимир стали привозить детей с ос­ вобождённых территорий, особенно много из Белоруссии. Детей надо было сначала отмыть, накормить. Потом их немедленно осматривал врач. Свирепствовала дифтерия. Как известно, дифтерийные налёты (плёнки) перекрывают зев, ребёнок не может дышать. Приходилось много интубировать дифтерийных больных, делать тра­ хеотомии (разрезать дыхательное горло, вводить дыхательную трубку). И это в любое время дня и ночи. Понятно, что в таких условиях Алексан­ дру Яковлевичу пришлось переселиться в дет­ скую больницу, в один из деревянных корпусов. Там, кстати говоря, родился автор этих строк. Тех покосившихся строений давно уже нет. В августе 1945 года доктору Ревякину, одному из первых врачей города и области, было присво­ ено звание «Заслуженный врач РСФСР». У него были разные ордена. Но особенно дорого ему было звание заслуженного врача. Очевидно, главным для доктора Ревякина было то, о чём он писал во владимирской, тогда ещё районной, газете «Призыв» в 1936 году: «Много каждый из нас отдаёт детям, но и мно­ го получает удовлетво­ рения и гордости, видя весёлые лица выздорав­ ливающих детей». В те довоенные, во­ енные и послевоенные годы во Владимире тру­ дились замечательные врачи, представлявшие лучшие русские ме­ дицинские традиции: Н.А. Орлов, С.П. Бе­ лов, В.К. Звездин, М.Г. Герасимов, В.А. Голова­ нов, Г.Д. Контор, Н.И. Мясников, детские врачи А.А. Дормидонтов, Г.А. Николаев, И.К. Богуцкая. В эту плеяду вошёл и А.Я. Ревякин. Несмотря на большие знания и огромный опыт, они продол­ жали учиться медицине всю жизнь, в том числе другу друга. Учился и Александр Яковлевич. При любой возможности совершенствовал свой про­ фессионализм в Москве и в Ленинграде, в инсти­ тутах повышения квалификации. Отдельно надо сказать о любви доктора Ревя­ кина к преподаванию. Одновременно с работой в больнице он с удовольствием преподавал в го­ родском медицинском училище (до 1942 года это была фельдшерско-акушерская школа). Он учил студентов не только лечебному делу. Как вспоми­ нают его ученики, Александр Яковлевич прежде всего учил бескорыстному и самоотверженному отношению к медицине, учил беззаветной любви к страдающим детям. Кстати, в медицинском училище отец встре­ тил свою будущую жену, тогда ещё юную сту­ дентку, - мою маму Антонину Матвеевну, с ко­ торой, несмотря на большую разницу в возрасте, он прожил счастливо всю оставшуюся жизнь. Они долгие годы проработали вместе в город­ ской детской больнице, где мама была медицин­ ской сестрой. После войны приглашали Александра Яков­ левича заведовать кафедрой детских болезней в Горьковском медицинском институте, но он остался во Владимире. Потом появилась в обла­ сти санитарная авиация, добавилось полётов на самолёте По-2 с открытой кабиной в отдалённые районы области к тяжело больным по срочным вызовам. Летать на таких самолётах зимой, да уже немолодому человеку было, мягко говоря, не очень комфортно. Отец никогда не торопился, занимаясь боль­ ными детьми. Начинал разговор с родителями (как правило, с мамами). Говорил об общих, ка­ залось бы, незначительных вещах, разговаривал долго, я бы сказал, «заговаривал», стараясь от­ влечь от тревожных мыслей и, лишь успокоив, переходил непосредственно к симптомам болез­ ни. Я спрашивал, зачем столько времени тратить на эти, казалось бы, пустые разговоры, и он от­ вечал: «Очень важно, чтобы родители успокои­ лись. Необходимо на время лечения зарядить их спокойствием. Тогда они более эффективно бу­ дут участвовать в лечении своих детей». Иногда Александр Яковлевич мог подолгу наблюдать за спящим ребёнком, делая при этом необходимые выводы. Были и неожиданные случаи в его лечебной практике. Однажды он осмотрел измученного Перед вылетом в Фоминский район на санитарном самолёте