rk000000114

общины нет, платёжные извещения принимать неко­ му и образовалась недоимка за 1938 и 1939 гг. в сумме 1020 рублей. 21 апреля 1939 г. президиум Ивановского облисполкома расторг договор с религиозной общиной храма по вышеуказанным причинам25. Примечательно, что сельсовет и райисполком не ставили вопрос о ликвидации храма и ходатайствова­ ли только о расторжении договора с религиозной об­ щиной храма; именно это и сделал облисполком. Дело в том, что формулировка «ликвидация храма» предпо­ лагала, что храм перестаёт быть храмом и использу­ ется под какие-либо культурные или хозяйственные цели (клуб, школа, склад); расторжение же договора предполагало только то, что вместо одной религиозной общины, не справившейся со своими обязанностями по уплате налогов, ремонту здания, либо распавшей­ ся, либо оставшейся без священника, подыскивается другая община. Факт расторжения договора при от­ сутствии постановления о ликвидации не позволял переоборудовать или снести храм (по крайней мере, если действовать в строгом соответствии с законом). В данном случае вынесение такого половинчатого по-, становления (только о расторжении договора) вместо окончательного решения вопроса, т.е. постановления о ликвидации храма, вероятно, свидетельствует о силь­ ных религиозных настроениях в данной местности - по закону ликвидировать храм можно было только при согласии абсолютного большинства жителей, о чём должны были свидетельствовать предоставленные с мест протоколы общих собраний. Протоколы общих собраний граждан с решения­ ми о закрытии храма, во-первых, должны были пока­ зывать, что население достаточно отошло от религии, во-вторых, были определённой гарантией, что верую­ щие не потребуют вернуть храм себе (сами же решили закрыть), а если и потребуют, то будут воспринимать закрытие храма как инициативу своих односельчан- безбожников, а не преследование религии со стороны властей, т.е. применялась стратегия громоотвода. Как правило, даже если верующих было много и на закры­ тие храма они не соглашались, сельсовет находил воз­ можность создать иллюзию почти полного согласия. Например, проводились отдельные собрания ячейки Союза воинствующих безбожников (если таковая име­ лась), комсомола, сельсовета, школьных, клубных и ме­ дицинских работников - на этих собраниях верующих практически не было. Проводили собрания не по месту жительства, а по месту работы - так было легче добить­ ся согласия. Атеисты могли проголосовать за закрытие храма сразу на нескольких собраниях. При этом можно было сделать так, чтобы на собраниях не было веру­ ющих, для этого, например, было достаточно указать одним из пунктов повестки антирелигиозную лекцию, которую верующие бойкотировали. В случае же если некоторые протоколы не свидетельствовали о нужных настроениях, например, в них приводились данные о голосовании, где многие были против, то эти протоколы можно было и не предоставлять. Наконец, можно было просто предоставить подписные листы с подписями всех согласившихся на закрытие. Примечательно, что в данном деле нет ни одного протокола собрания мест­ ных жителей, на котором было бы вынесено решение о закрытии храма. Данный факт более чем наглядно сви­ детельствует о силе религиозности местных жителей. Колокола с храма, вес которых составляя 10,5 т, были сняты в период с апреля 1936 г. по февраль 1939 г.26 С 1945 г. по 1950 г. прихожане ежегодно ходатай­ ствовали об открытии своего храма (написали 10 про­ шений, 24 раза посетили уполномоченного, число под­ писей на заявлениях достигало 74), но храм так и не был открыт27. История закрытия этих трёх храмов свидетель­ ствует о различных вариантах отношения верующих и духовенства к своим храмам. Начало закрытия храма в Кусунове, вероятно, относится ко времени коллекти­ визации. Тогда ещё было много действующих церквей, из-за чего верующие зачастую довольно спокойно от­ носились к потере своего храма, т.к. можно было вос­ пользоваться храмами в соседних сёлах. К сожалению, дело о закрытии этой церкви не позволяет выяснить ни судьбу тамошнего священника, ни то, почему храм действовал только в крупные праздники (это было как минимум невыгодно финансово). В целом же закрытие было вызвано экономическими причинами: у верую­ щих не было средств на его ремонт. Закрытие храма в Лунёве произошло из-за того, что он остался без свя­ щенника. По обоим закрытиям нет никакой информа­ ции о реакции верующих на это. Отчасти это, видимо, объясняется наличием значительного количества старо­ обрядцев, которым храм был не нужен, но могли быть и другие причины. Принципиально другое отношение верующих Ущера к своему храму во второй половине 1930-х и в 1940-е гг. объяснялось тем, что к тому време­ ни им пользовались не только исконные прихожане, но и прихожане закрытых храмов Кусунова и Лунёва. За последующие полвека ситуация в данной мест­ ности сильно изменилась: в 1990-е гг. храмы в Кусунове и Лунёве, где общины распались сами, были открыты, в Ущере же, прихожане которого до 1950-х гг. боролись за право открыть храм, он до сих пор не действует и на­ ходится в аварийном состоянии. 1 ГАИО (Государственный архив Ивановской области). Ф. Р-2953. Оп. З.Д. 69. Л. 3. 2 Там же. Л. 2. 3 Там же. Л. 1. 4 Там же. Л. 5. 5 Там же. Л. 7. 6 Там же. Л. 8. 7 Там же. Д. 293. Л. 1. 8 Там же. Л. 2. 9 Там же. Л. 3. 10 Там же. Л. 5. И Там же. Л. 6. 12 Там же. Д. 239. Л. 4, 2, 3. 13 Там же. Л. 5. 14 Там же. Л. 8, 10. 15 Там же. Л. 9. 16 Там же. Л. 12, 11. 17 Там же. Л. 13-17. 18 Там же. Л. 18. 19 Там же. Оп. 1.Д. 27. Л. 124. 20 Там же. Оп. 3. Д. 1010. Л. 2, 3. 6. 21 Там же. Л. 4, 7. 22 Там же. Л. 6. 23 Там же. Л. 5. 24 Там же. Л. 3. 25 Там же. Л. 2, 1. 26 Там же. Оп. 1. Д. 16. Л. 26. 27 Зин Н.В. Деятельность Владимирской епархии по открытию приходов в 1943 - 1953 гг. // Записки владимирских краеведов. Владимир, 2010. С. 111.