rk000000114

вдоль стен в полутени: высокий тёмно-коричневый буфет, шкаф поменьше для нот и книг, бабушкина кро­ вать, покрытая чёрным суконным ковром с вышивкой. Вышивка крестом шерстью - букеты красных роз. Дядя бабушки, он же брат её мамы Павлы Сергеевны Лебе­ девой, в замужестве Виноградовой, Алексей Сергеевич Лебедев (1850 - 1912) был профессором богословия в Петербургской военно-медицинской академии, он же преподавал богословие в Смольном институте благо­ родных девиц. Ковёр - работа смолянок. Тикают большие настенные часы с двумя гирями. Мы сидим за большим квадратным столом, покрытым белой скатертью. Перед бабушкой книга. Она читает. Вслух. Я сижу наискосок, слушаю. Я ещё не учусь. На бабушке синее платье с глухим воротом, узкими ман­ жетами. Бабушка шатенка. Волосы заплетены в косу, уложены на затылке. На глазах очки. Голос звучит ме­ лодично. Бабушка погружена в мир книги. Читает вы­ разительно. Иногда спазмы сжимают её горло, и она на несколько секунд приостанавливает чтение. Я знаю, это «подступают слёзы», и переживаю за бабушку. На этот раз - большая книга в красивой цветной обложке. Это «Сибирочка» Лидии Чарской - автора, запрещённого для издания и изъятого из библиотек. Одна из моих любимых книг. Неотрывно слежу за со­ бытиями в жизни ставшей близкой мне девочки. Дядя Боря, проходя в свою комнату, на ходу замечает: «Зачем это?» Бабушка что-то отвечает. Лицо у бабушки доброе, на губах мягкая улыбка. После паузы она продолжает читать. Я снова вместе с бабушкой следую за девочкой- героиней. Но вот часы отбивают нежданный час. Ба­ бушка закрывает книгу. Пора спать. Грустно. Но завтра продолжение. И столько было таких вечеров... Сколько прочита­ но книг... Среди них книги Диккенса, В. Гюго, «Ката­ комбы» (автора не помню) и много других книг о добре и зле, где добро всегда одерживает верх. А вот... Мороз нарисовал на окне причудливые узо­ ры. Солнце зажгло на них радужные огоньки. На стене солнечные блики. Сказочно. Сухо трещат дрова в печи. Гудит в трубе. На изразцовой лежанке, поджав под себя лапки, сидит кошка. Она белая с серыми пятнами. Осе­ нью бабушка принесла её с улицы. Она лежала в траве у дома исхудавшая, слабая. Бабушка положила её на тё­ плую лежанку, налила молока. Кошка несколько дней лежала, не вставая, безучастная ко всему. Но однажды встала на нетвёрдые лапки, полакала молока, потом ещё и ещё. Поправилась. Стала сильной, красивой кошкой - любимицей бабушки и моей. Кошка сидела, следила за бабушкой. Было утро. Мама и папа, тётя Лида и дядя Боря ушли на работу. В передней половине дома тёти Лиды Мария Алексеевна Лепёхина занималась с малень­ ким Бобишкой (Б.Б. Гиляревский —двоюродный брат И.Н. Павловой - прим. ред.). Бабушке на работу во вто­ рую смену, к двум часам дня. А сейчас она занята до­ машними делами: топит печку, готовит обед. Я не спускаю глаз с бабушкиных рук. Она привычно режет очищенную от кожуры картофелину на неболь­ шие прямоугольные дольки для супа. Как интересно это у неё получается! Тем временем бабушка начинает рас­ сказывать сказку: «В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь, и было у него три сына...» Далее шёл рассказ о том, как каждый из братьев пускал стрелу из лука, и где эта стрела падала, там и невеста его. Лицо бабушки молодеет, светится изнутри, голос плещется: всплеск ра­ достный, а то и грустный. И мне ви­ дится лесное болото, на краю его сто­ ит Иван-царевич, перед ним лягушка. С затаённым вниманием слушаю, что происходит дальше. А бабушка про­ должает свои дела: мешает дрова в печке, готовит следующее блюдо, и ни на минуту не прекращает свой рассказ. Он бежит, как вьющийся ру­ чей. Но вот сказка окончена: после трудных испытаний героев всё оканчивается хорошо - лягушка оказывается и остаётся прекрасной царевной. Моя радость плещет через край. Дела у бабушки тоже окончены. Она убирает со стола, раскладывает на столе тетради, ноты, книги. Сейчас она будет готовиться к урокам. А я беру санки и бегу на улицу, на снежные сугробы. Мне легко и светло. Прошумят вьюги и метели за долгую зиму, а в комнате у бабушки тепло и уютно, и каждый день я буду слушать всё новые бабушкины сказки, которых она знает пре­ великое множество. Бабушка знала все сказки Пушки­ на наизусть. Кроме того, все русские народные сказки, сказки западных и сказки современных авторов. А было и так... Были дни, когда вместо сказок бабушка читала стихи. Это были и грустные, и радост­ ные стихи. Особенно любила бабушка и много знала стихов Некрасова. Это и «Генерал Топтыгин», и «Дед Мазай и зайцы», и «Крестьянские дети», и «Мужичок с ноготок», и «Мороз Красный нос», и «Железная доро­ га», и «Орина, мать солдатская», и много-много других. Но особенно нравилось мне стихотворение «Дядюшка Яков», нравились заключительные строки его, обра­ щённые к девочке Феклуше: «Коли бедна ты, так будь ты умна». После этого верилось, что всё у Феклуши бу­ дет хорошо. Некрасов сменялся Рылеевым: «Князь Курбский». На смену ему приходил Кольцов. Пушкин входил мно­ гочисленными отрывками из «Евгения Онегина», «Пес­ нью о вещем Олеге». За Пушкиным следовал Лермон­ тов с его «Бородино». Это стихотворение бабушка не читала, а пела. Позднее оно звучало у нас за столом, когда приходили гости, в хоровом исполнении. А ещё позднее на тот же мотив его передавали по радио. Но впервые я слышала его от бабушки. И ещё одно сти­ хотворение бабушка пела. Это «Воздушный корабль» Лермонтова. Голос у бабушки негромкий, выразитель­ ный, слова она пропевает отчётливо. И сейчас в памяти звучит, как бабушка поёт: «По синим волнам океана...». Были праздники в нашем доме, в которых бабушка играла ведущую роль. Из них главный - это Новогод­ няя ёлка. Вот наступил 1997 год (видимо, тогда написаны эти воспоминания - прим, ред.), а память перенесла меня в детство. Куплена на базарной площади позади Тор­ говых рядов красавица-ёлка. Это была забота папы. А ещё задолго до этого собирались мы с подружками у нас дома, в бабушкиной комнате. Нас сажали за большой стол, раскладывали перед нами длинные узкие ленты цветной бумаги, вату, кисточки, ставили клей, сахарный сироп, краски, блеск. Мама и бабушка показывали, как делать ёлочные игрушки, и мы с увлечением принима­ лись мастерить кукол, Деда Мороза, яблоки, гирлянды- цепочки из цветной бумаги, разноцветные флажки и прочие украшения на ёлку. Шары и другие стеклянные изделия для ёлки в продаже были редкостью. Также задолго до Нового года начиналось разучи­ вание художественных номеров: песен, танцев, корот­ ких инсценировок. Всё это под руководством бабушки. Сколько старания вкладывали мы в них! Сколько радо­ сти, смеха вызывали они у нас! Но вот уже назначена дата ёлки. Оповещены под­ руги. Все вместе, папа, мама и я украшаем ёлку: на­ деваем шпиль, вешаем игрушки, гирлянду разноц­ ветных лампочек. Наступает день праздника. С утра мама отглаживает мне новое платье (помню голубое бумазейное), ленту для банта. Готовятся гостинцы для детей: клеятся пакетики, в них кладутся конфеты, пе­ ченье, пряники, маленькие шоколадки, апельсин или мандарины, орехи. Мама печёт пироги и готовит дру­ гие вкусные яства. Сгущаются сумерки. Ёлка стоит в