rk000000114

Так вот, после бани был обязательный ритуал: распарен­ ные и немного уставшие, мы шли пить чай к Оле Сидо­ ровой. Тётя Маня покупала к чаю конфеты, всегда одни и те же: «Алёнушка» и «Крем-брюле». Сидоровы жили очень близко от бани. Сейчас этот дом снесли, собира­ ются что-то построить на его месте. Это был довольно страшненький дом, двухэтажный, с аркой, ведущей во двор. Вот в самой арке и был вход в Олину квартиру, одно окно было в арке (т.е. не давало света), другое окно открывалось во двор. Квартирка была очень маленькая, но уж такая уютная и ухоженная! Заходили к ним, пили чай, отдыхали и шли домой. По пути заходили в гастро­ ном, который располагался там, где сейчас мост через улицу Большую Московскую. Под гастрономом были устроены глубокие подвалы. Когда реконструировали улицу и ломали гастроном, то подвалы не могли разбить никакие «бабы», пришлось использовать тяжёлые танки. Сначала мы приходили к Сидоровым довольно ча­ сто. Жила Оля со своей матерью, Екатериной. Мама рассказывала, что в Погребищах у отца Василия было достаточно большое хозяйство. В дом приходили по­ мощницы - кухарка, горничная, подёнщица. Екатерина и была подёнщицей. Она ухаживала за коровами, по­ могала в огороде. Оля некоторое время была горничной в доме отца Василия, а потом уехала в город и служила горничной у богатых хозяев. Там она и научилась под­ держивать в доме чистоту и порядок. Научилась шить тонкое бельё, называла себя белошвеей. После револю­ ции Оля осталась в городе, перевезла к себе из Погре- бищ мать Екатерину. Оля где-то работала швеёй, а Ека­ терина была пленницей своей страсти. Она страстно любила лес! В тёплое время года её было не удержать дома - на ремне за спиной корзина и - в лес. Собира­ ла всё, в зависимости от сезона: щавель, ягоды, грибы. Особенно большим специалистом она была по грибам. В лесу ориентировалась прекрасно. Знала все заветные места. Всегда ходила одна, чтобы не выдать свои места. Конечно, дары леса частично продавала и тем поддер­ живала семейный бюджет. Жили Оля с Екатериной в крошечной квартирке без удобств. Ни воды, ни туалета, ни отопления. Было, конечно, электричество. Зато чистота и уют необыкно­ венные. Расшитые подзоры, гора подушек с кружевны­ ми накидушками. Уголок для умывания был отгорожен расшитой занавеской. На комоде вазы с искусственны­ ми цветами. Вазы назывались «ножки». И вдруг перед самой войной тихая идиллия была нарушена. Умерла Олина сестра. Всех детей Оля взяла к себе. Теперь в этой комнатке в 17-15 квадратных метров жили, кроме Оли и Екатерины, Нина, Соня, Надя, Тамара, Гена, Любочка. Сама Оля во время войны работала надомницей. Надо было обихаживать большую семью! Оля шила бельё для армии, выручала её наша швейная машинка 2ш§ег. Нина и Соня были красивые девочки. Нина была стар­ шая, умница и красавица. Соня - очень своенравная. Помню, что она спорила по любому поводу и однажды даже убежала из дома (на один-два дня). Любочка была самой маленькой, её больше всех окружали любовью и заботой. Нина окончила во Владимире какой-то техни­ кум, уехала в Москву, устроилась на хорошую работу, вышла замуж и жила очень благополучно. Помогала Оле. Соня уехала вскоре за Ниной и тоже благополучно устроилась в Москве. Гену в первые дни войны взяли в армию, и довольно скоро он погиб. Тамара с Любочкой остались во Владимире. Трагически сложилась жизнь у Тамары. Она окончила медучилище, работала заведую­ щей фельдшерско-акушерским пунктом. Вышла замуж. Всё бы хорошо. Но во время войны были очень жёсткие законы. За опоздание на работу более чем на 20 минут грозила тюрьма. Тамарин муж опоздал на работу и, что­ бы защитить его от тюрьмы, Тамара выписала справку о нетрудоспособности, а кто-то донёс. Был суд. Муж Тамары отправился в тюрьму, а Тамару лишили дипло­ ма без права восстановления. Тамара была в глубокой депрессии, стала выпивать. Я помню, что всё время она работала санитаркой в больнице Красного Креста. Любочка тоже окончила медучилище. Работала 28 лет в тубдиспансере, потом стала работать медсестрой в Доме ребёнка. Проработала там ещё 23 года. Когда я её встретила на улице, мы долго разговаривали. Лю­ бочка говорила, что всем обязана Оле. Именно Оля приучила всех к чистоте и порядку, обязательности, по­ рядочности. Любочка вышла замуж и очень долго, до того, как дом расселили и поставили на реставрацию, они с мужем жили всё в той же комнатушке под аркой. Они получили двухкомнатную квартиру улучшенной планировки. Наконец-то она стала жить в нормальных условиях, но муж вскоре умер. Когда я встретила Лю­ бочку, ей было уже 70 лет. Её некрасивость уступила место достоинству, улыбчивости, приветливости. Она всем очень довольна. Работает помощницей по дому в семье, где сначала была няней, вырастила мальчика до школы, теперь заведует всей бытовой техникой. Детей у Любочки нет, все родные умерли. ПОСЛЕСЛОВИЕ С ейчас мне 85 лет. 48 из них я проработала во Вла­ димире врачом-стоматологом. Эти записки я писа­ ла по многочисленным просьбам детей и внуков. Моя большая семья - дочери, их мужья, внуки, правнуки - это моё счастье и моя гордость. 1Л.Н. ТТ0О& /1.СГ &А МОЯ БАБУШКА В оспоминания я начинаю описанием старшего члена нашей семьи - бабушки Надежды Александровны Виноградовой-Гиляревской 1878 года рождения. Она запомнилась мне как живой, подвижный человек, ве­ сёлый, жизнерадостный, чрезвычайно добрый, сердеч­ ный, отличающийся большой привязанностью к своей семье: многочисленным сёстрам и братьям, полной за­ боты и любви к своей собственной семье: к детям, вну­ кам. Она была предана своей профессии музыкального работника. В работе учительницы пения в средних об­ щеобразовательных школах нашла своё призвание. Она жила в мире музыки, свою любовь и знание её щедро передавала младшему поколению. Умерла бабушка в 1941 году. Вечная ей память. Мы были очень дружны с ней. Она повсюду брала меня с собой. Первые впечатления о родном городе я по­ лучила от наших с ней походов. Первые мои знакомства с родственниками семейства Виноградовых и других упомянутых здесь родов произошли благодаря бабуш­ ке. Первые сказки, первые книги я узнала от бабушки. Интерес к музыке у меня пробудила бабушка. И всё это передавалось мне через её личностные качества: добро­ ты, какой-то юношеской лёгкости, свежести и вместе с тем житейской мудрости. Она всегда относилась ко мне как к равному человеку. В этом, по-видимому, главный секрет её таланта воспитательницы. При воспоминании о бабушке в па­ мяти всплывают картины прошлого... Вот вечер поздней осени. В ба­ бушкиной комнате нас двое: бабушка и я. Большой жёлтый абажур висит над столом и очерчивает на нём зо­ лотистый круг света. Все предметы