rk000000113

80 Краеведческий альманах не с пачкой чая, порой с семечками для синиц? Мы всегда находились с ней в ожидании чуда. И однажды к нам вместо синичек прилетели сне­ гири. Такой заполыхал розовый костёр у окна! Надежда Алексеевна, опираясь на костыли, под­ нялась к ним, а потом мы стояли, изумлённые совпадением ударов колокола Успенского собора и деревянно-тихим звоном снегирей. Так и стоит передо мной это окно со снегирями, с сияющим зимним солнцем и морскими камушками на по­ доконнике: однажды Надежде Алексеевне уда­ лось побывать на море и это путешествие стало одним из незабываемых впечатлений в её одино­ кой жизни. Мне кажется, настоящее православие вошло в моё сознание через владыку, через Надежду Алексеевну, и даже повлияло на стихи. Где-то епископ Афанасий говорит о чёрном цвете в цер­ ковных священнических одеждах, о том, что он перешёл к нам с сентиментального Запада. Вла­ дыка не любил чёрного цвета. Зато он любил красный цвет, пламенный цвет Воскресения. Мы с Надеждой Алексеевной много говорили о крас­ ном цвете в иконе, о первозданном действии его на душу, о красном в русском сознании, в русской культуре. Иногда мы размышляли над фразами- штампами. Мне запомнилось, что её раздражала фраза: «Всякая власть от Бога». Она говорила, что в точном переводе она звучит иначе: «Та не власть, что не от Бога...». Иногда Надежда Алек­ сеевна вспоминала священника о. Алексея Гро­ мова, который был учеником владыки в семина­ рии. Он говорил Слово на его погребении. Мно­ гие отмечали, что рука святителя в гробу была тёплой. Как и земля на его могиле... Прощался с владыкой Афанасием и ещё один его духовный сын, ставший современным старцем, иеромонах Кирилл (Павлов). Вот какое огромное море - наш владыка. Я видел у моего друга Игоря Авдиева огромный синодик владыки. Кажется, наш свя­ титель молился за весь мир. Епископ Афанасий, благословивший напи­ сать икону Всех святых, в земле Российской про­ сиявших, создавший целую службу им, сам стал частью этой иконы, поместился в одной из её клейм. И всё же у меня дома больше всего чтима фотография, подаренная мне Надеждой Алексе­ евной. На ней владыка тепло улыбается, озаряя всю нашу квартиру.