rk000000113

Владимир в лицах 41 В. И. Фурашов ВЕНОК НА МОГИЛУ ПЕРСИ БОРИСОВИЧА ТУРБИНА (1919 -2011) О б ушедших обычно принято говорить: «О мёртвых или хорошо, или ничего» (Бе шогйз ай! Ъепе, аи! шЫ1), но о Перси Бори­ совиче Гурвиче, с его неуёмным стремлением к правде, с его широкими демократическими воззрениями, с обострённым чувством справед­ ливости, лучше было бы сказать так: «О мёртвых или правду, или ничего» (Бе тогбз аи! уегит, аи1 шЫ1). Как-то после собрания коллектива Влади­ мирского пединститута, где выступил П. Б. Гур- вич, в фойе к нему подошли человек пять, чтобы поблагодарить его, на что он ответил: «Знаете, как приятно говорить правду?» За эту самую правду ему дважды пришлось за­ платить очень большой ценой: он был узником не только фашистских концлагерей (1941 - 1944), но и советских (1950 - 1955). Человек, обладавший глубоким и разносторонне образованным умом, он был щедро одарён ещё и тонким чувством юмора. Мне всегда казалось, что именно это чув­ ство помогло ему преодолеть те «свинцовые мер­ зости» жизни, которые выпали на его долю, долю человека неординарного, талантливого, неизмен­ но доброго к людям, а также к «братьям нашим меньшим» и вообще ко всему живому. Перси Борисович рассказывал, как в рижском гетто, где погибли его родители, ему и его товари­ щуфашисты приказали построить сортир. После окончания работы строители оставили на досках сооружения свои «автографы». С горьким чув­ ством удовлетворения, смешанным с иронией, Перси Борисович говорил: «Этот сортир теперь показывают туристам!» П.Б. Гурвича пригласил во Владимирский пединститут наш тогдашний проректор по на­ учной работе, специалист по истории КПСС, в прошлом партийный работник - Василий Михайлович Михайлов. Для меня до сих пор остаётся загадкой, как могли сойтись два столь разных человека. Было это в 1968 году, когда отделение иностранных языков обрело статус факультета и выделилось из состава факультета русского языка и литературы. Мне не раз дово­ дилось слышать от Василия Михайловича весь­ ма похвальные отзывы о научной компетентно­ сти П. Б. Гурвича и его личностных качествах: в короткий промежуток времени между двумя отсидками он успел защитить в 1948 году кан­ дидатскую диссертацию по истории и в течение шести лет поработать преподавателем античной истории и литературы в Рижском университете. Позже Перси Борисович увлёкся проблемами методики преподавания иностранных языков. В 1974 году П.Б. Гурвич становится доктором педагогических наук, открывает на возглавля­ емой им кафедре методики преподавания ино­ странных языков аспирантуру. Он подготовил более ста кандидатов и докторов наук. Надо признать, что В.М. Михайлов много сделал для повышения квалификации преподавателей на­ шего пединститута: молодых в массовом по­ рядке направлял в аспирантуру, а тех, кто «за­ сиделся в кандидатах», как он любил говорить, - в докторантуру. Уже во времена «перестройки» Перси Борисович в одном из разговоров добрым словом отозвался о покойном нашем проректо­ ре: «Конечно, сегодняшние события он бы про­ сто не понял, но твёрдо верил, что “кадры реша­ ют всё,,». Может быть, в этом секрет сближения бывшего политзаключённого и обкомовского работника? Оба они отлично понимали, что престиж института определяется кадрами вы­ сокой квалификации, и каждый по-своему стре­ мился к одной и той же цели. Пединститут в те годы интенсивно развивался и на наших глазах из провинциального вуза третьей категории превращался в современное высшее учебное за­ ведение: открывались новые факультеты, при­ езжали перспективные преподаватели. Прой­ дя через общежитие на проспекте Строителей,