rk000000113

30 Краеведческий альманах книжном издательстве, редактировала рукописи местных писателей, первую книгу Алексея Фатья­ нова «Поёт гармонь», хотя он уже был столичный поэт, без пяти минут знаменитость. Сохранились удивительно тёплые, душевные письма поэта своему молодому редактору. В Дубне она стала работать в издательстве института. Отец её Ни­ колай Николаевич Беляев был врач, и хороший. А мать Екатерина Константиновна - учительница русского языка и литературы. Она приходилась внучатой племянницей народовольцу, а впослед­ ствии учёному-энциклопедисту, Почётному ака­ демику Николаю Александровичу Морозову. У Беляевых был свой дом на улице Батурина, вернее, половина дома. Приезжая во Владимир, молодая чета жила у родителей Нины Никола­ евны. Позади дома тянулся большой старый сад. Валентин, конечно, вскоре поставил там теннис­ ный стол. Я подружился с младшей сестрой его жены - Олей. Вообще Зреловы и Беляевы дружи­ ли семьями. Они нередко бывали в гостях у нас, мы - у них. У нашей дорогой пары рождались дети: сначала дочь - Катя, потом сын - Петя. За­ бегая вперёд, надо сказать, что оба выросли кра­ сивые и умницы. Семья жила в новой квартире, в доме рядом с лесом, отделённом от него желез­ ной дорогой. Но Дубна в ту пору была конечной станцией, так что близость железнодорожной магистрали не создавала неудобств. Однажды мы с отцом и сестрой навестили их. Катя была ещё маленькой, а Петя совсем крошечным. Я гулял по городу, по набережной Волги, а с Валентином и Ниной ездил по грибы. Отец и сестра оставались дома, с детьми. Местность тут была более холми­ стая, чем у нас, что придавало любимой мной с детства природе оттенок некой новизны. Валентин трепетно относился к своей семье. Помню, как почти ещё в младенчестве вдруг тя­ жело заболел Петя. Требовался гамма-глобулин, лекарство, раздобыть которое было крайне труд­ но, и, побившись, как рыба об лёд, Валентин по­ слал телеграмму Н.С. Хрущёву: «Прошу Вас спа­ сти моего сына». К счастью, всё обошлось - без помощи первого лица государства. Ещё раньше из разговоров взрослых я стал что-то понимать о некоторых особенностях, вер­ нее, особинках, научной работы Валентина. Отец и мама называли его «кустарём-одиночкой», и не только за глаза. Он и тут был в отца: такое же твёрдое намерение действовать в соответствии со своими представлениями, нередко в одиночку, и в то же время готовность пожертвовать соб­ ственными интересами ради пользы общего дела. Позднее я узнал, что сфера его научных изы­ сканий находилась в области релятивистской, то есть основанной на теории относительности, ядерной физики и электромагнитных излучений. Исследования под его руководством, или при его участии, проводились на ускорителях протонов, ядер и электронов не только в Дубне, но и в Сер­ пухове, Новосибирске и в других соответственно оборудованных лабораториях страны и в евро­ пейских ядерных центрах. В Объединённом ин­ ституте ядерных исследований работали учёные многих стран. Валентин долгое время руководил группой словацких физиков. Как писали в еженедельнике ОИЯИ, ещё в середине пятидесятых годов прошлого столетия он «внёс значительный вклад в исследования по изучению ядерных взаимодействий протонов», и «это явление спустя 25 лет (в 1981 году) было зарегистрировано как открытие». Из владимир­ цев одним из авторов от­ крытия был и И.К. Взоров. Процитирую ещё: «Другой крупный цикл исследований относится к области исполь­ зования излучения Вавило­ ва - Черенкова (ИВЧ). <...> В.II . Зреловым был разрабо­ тан, создан и испытан целый арсенал оригинальных опти­ ческих устройств для преци­ зионных измерений средней энергии частиц в широком диапазоне». В 1968 году в Атомиздате вышла двухтом­ ная книга «Излучение Вави­ лова - Черенкова и его при­ менение в физике высоких энергий», «ставшая своего рода настольной книгой для физиков, работающих в этой области. В 1970 году она была