rk000000112

дальнейшему изучению кладбища, поискам докумен­ тов по каждому захоронению, а параллельно и к пер­ вым мероприятиям по благоустройству участка. Глав­ ная идея этой части городской территории - создание мемориального парка с раскрытием культурной цен­ ности богатейшего социально-исторического наследия Владимирского края. Связь с архитектурными кадрами города и области у Ирины Григорьевны с годами только крепла. Она часто, с болью в сердце, наблюдала за без­ грамотными не только с профессиональной, но просто с человеческой точки зрения размещениями акцентных зданий в городской застройке Владимира. Ей, как и многим из нас, дико было видеть равнодушное отноше­ ние к эстетическому богатству города - виду из нового административного центра на Октябрьском проспекте и с красиво изгибающейся основной магистрали - ули­ цы Мира - на северный фасад исторического ядра. По­ становкой чрезвычайно крупных и высоких корпусов между улицей Мира и Лыбедской магистралью «раз­ рубили» эту прекрасную панораму «ближнего плана», уничтожили дистанцию-интервал между старым и но­ вейшим Владимиром... Ирина Григорьевна не покладая рук работала над сплочением культурных кадров Владимирщины. Чем бы ни занимался в жизни каждый из нас - препода­ вал ли в школе или вузе, увлекался туризмом, театром, был историком, библиотекарем, музейщиком, худож­ ником, - все мы, узкие специалисты, могли расширить свои возможности приложения сил в этих, затеваемых И.Г. Порцевской, мероприятиях. Стержнем объедине­ ния всегда было служение процветанию родной земли, развитие творческих способностей владимирцев, моло­ дых и старых. Всё это давало основу для интересной, духовно полной жизни Гражданина России. Так не за­ будем дела Ирины Григорьевны Порцевской, и будем следовать её нелегким путём истинного патриота... ВАЛЕНТИНА ИВАНОВНА ТИТОВА: В течение многих лет мне пришлось работать с Ири­ ной Григорьевной, что называется «лицом к лицу». Несколько лет я была её заместителем во Владимир­ ском Фонде культуры, затем - пять лет - во «Владимир­ ском некрополе». Потом наши встречи продолжались и в клубе старожилов, куда она по мере сил заходила, и чаще - у неё дома или в больнице. Не могу вспом­ нить ни одного человека, общение с которым на про­ тяжении не одного десятка лет было бы так интересно, необходимо, познавательно. Многое поражало, напри­ мер, её бережное общение с людьми разных возрастов, социального положения, образованности. Не ко всем из тех, с кем Ирина Григорьевна общалась, она отно­ силась одинаково, но никогда не пренебрегала чужим мнением, даже если оно было или наивным, или слиш­ ком амбициозным. А своё кредо руководителя Ирина Григорьевна однажды высказала так: «Я стараюсь взять от человека то, что он может и умеет делать хорошо, и ничего не навязывать». Конечно, на этом пути её ино­ гда подстерегали и ошибки. Слишком доверяя челове­ ку, который имел определённые обязанности и, надеясь на его добросовестную заинтересованность в работе, она получала не те результаты, на которые можно было рассчитывать. Многие люди пользовались её добрым отношением и могли часами занимать телефонными, практически пустыми разговорами, иногда далеко за полночь. Остановить такие излияния, которые наноси­ ли, в том числе, ущерб её здоровью, она тоже не могла, и этим активно пользовались, к счастью, очень немно­ гие её знакомые. Поражала образованность Ирины Григорьевны, ши­ рокий круг знакомств с людьми самого разного уровня, разных специальностей. Сказалась и её работа в про­ фсоюзных и партийных органах, и живой интерес к людям, к литературе, к людям искусства. Будучи по об­ разованию учителем литературы и русского языка, она великолепно разбиралась в мировой и отечественной литературе. Дружила с писателями, поэтами, актёрами, художниками, со всеми находила общий язык. Самым тесным общение сразу со многими людьми было у Ири­ ны Григорьевны во время работы над «Владимирской энциклопедией». Можно сказать, что самым главным при этом было её невмешательство в нашу работу. Мы обсуждали, спорили, что-то отклоняли по общему со­ гласию. Она своим авторитетом никогда не давила, вы­ сказывалась только тогда, когда мы обращались к ней, как к арбитру. Или вдруг возникала какая-то нерешаемая проблема. Она тут же вспоминала, у кого можно спра­ виться по данному вопросу, набирала нужный номер и - иногда трудный вопрос разрешался с ходу. Ничуть не обижалась, если написанные ею биографические справки наряду с остальными подвергались проверке, редактированию. Благодаря такой позиции Ирины Гри­ горьевны, рабочая группа, «мои энциклопедисты», как она нас называла, работала в спокойной, доброжела­ тельной обстановке, которая никогда не забудется. Не забылась и работа во «Владимирском некропо­ ле». Те несколько человек, которые составляли его ко­ стяк, остались дружны до сих пор. Регулярно навещали Ирину Григорьевну в больнице и дома, помогали, чем могли. У «Владимирского некрополя» были и друзья- иностранцы: американцы, итальянцы, швейцарцы. Они интересовались и нашей работой по изучению кладби­ ща, и издательской работой, на которую иногда даже де­ лали пожертвования (где нам было взять денег на ком­ пьютерный набор своих материалов, когда компьютер только появился, а работать на нём научились не сразу, да и объём работы был слишком большой?). А добро­ желательная семья Порцевских часто предоставляла иностранцам приют, так что американка Сузан Смит, которая почти ежегодно приезжала во Владимир, счита­ ла Ирину Григорьевну своей русской бабушкой. Прихо­ дят иногда даже и сейчас в наш отдел, который работа­ ет в помещении бывшего «Владимирского некрополя», уже трудно узнаваемые взрослые люди, работавшие подростками на уборке и благоустройстве кладбища. Им нравилось общаться с нами, запомнилась, видимо, дружная работа, доброе к ним отношение. И всё это осветилось личным обаянием, доброжелательностью, интересом к людям Ирины Григорьевны. ...Неожиданное для всех увольнение Ирины Гри­ горьевны с должности директора «Владимирского не­ крополя» вызвало протесты общественности города, сотрудников нашего учреждения, краеведов. Было не­ понятно такое бесчеловечное, бестактное отношение со стороны администрации города к человеку, всего себя отдававшего работе. Но она, уже сражённая болезнью, запретила нам предпринимать что-либо для её защиты, думая о деле: она считала, что её увольнение спасёт организацию. Не спасло. «Владимирский некрополь» был закрыт, хотя и с разумным объяснением: у этой маломощной организации не было возможностей для благоустройства кладбища (с одной бензопилой и не­ сколькими топорами и лопатами многого не сделаешь), а изучением истории кладбища будут продолжать за­ ниматься те сотрудники, которые этим занимались во «Владимирском некрополе»... Так появился небольшой отдел краеведческих исследований, который после дол­ гих размышлений администрация передала в Централь­ ную городскую библиотеку. Правда, отдел из четырёх человек должен был взять на себя и другие функции по из­ учению истории города. Стоит ли го­ ворить, что по всем вопросам нашей лучшей советчицей оставалась Ирина Григорьевна до самых последних дней своей жизни...