rk000000111

объединял труд. Единственным домом, жильцы которо­ го не обрабатывали землю, был дом № 25, самый беспо­ койный и хулиганистый в нашем посёлке-скворечнике. Сейчас, бросая взгляд на прошлое, на обществен­ нуюи духовную жизнь нашего посёлка, я понимаю, что она в какой-то мере отличалась от жизни остальных го­ рожан. С одной стороны, мы жили в городе с высокой культурой, определёнными традициями и нравствен­ ными устоями, а с другой стороны, очевидно, в силу особенностей структуры нашей улицы, условий жиз­ ни и работы на огородах, весь наш жизненный уклад в какой-то мере напоминал общинную жизнь русской деревни. В доме № 30 проживало семейство Катковых с дву­ мя дочерьми. Хозяин дома, бухгалтер по профессии, был великим тружеником. Каждый вечер он множество раз ходил на колонку за водой. У Катковых был иде­ ально ухоженный огород. Девочки были всегда нарядно одеты и учились музыке. Обе получили среднее образо­ вание и остались работать во Владимире. Из жителей дома № 32 хорошо помню семью Чи­ чериных. У сестёр Риты и Лёли были трудными дет­ ство и юность. Они рано потеряли маму. Папа рабо­ тал где-то в Сибири и помогал семье. Какое-то время девочки жили с мачехой, а потом остались одни. Они сами покупали продукты и готовили себе пищу, стира­ ли, убирали дом, копали огород и никогда не унывали. Последние три года до окончания школы мы учились сРитой в одном классе. Когда я болела, она ежедневно сообщала мне о домашних заданиях. После окончания школы Рита поступила во Владимирский пединститут и после его окончания стала преподавать историю в школе. Она всегда с удовольствием проводила экскур­ сии по историческим местам Владимира. Лёля окон­ чила авиамеханический техникум и тоже осталась ра­ ботать во Владимире. На первом этаже дома № 34 жила семья Сенаторо­ вых с двумя детьми. Отец работал на почте, мать за­ нималась домашним хозяйством. Мария Николаевна, маленькая, худенькая женщина, при очень скромном достатке прилагала все усилия к тому, чтобы дети по­ лучили хорошее образование. Она покупала много книг и выписывала журналы. В доме была большая библи­ отека. Люся (Юлия) была в юности нашим духовным вождём. Она окончила Московский институт геодезии и картографии, осталась в нём работать и со временем получила звание профессора. Толя окончил авиамеха­ нический техникум, затем МВТУ и вернулся работать во Владимир. * * * Н едалеко от нашего посёлка находились Торговые ряды, выходившие на центральную улицу, и базар­ ная площадь позади них. На базарную площадь с цен­ тральной улицы можно было пройти через полутёмный проход, в котором находилась часовая мастерская, а при входе на площадь стояли фотографы, развесив разноц­ ветные панно с разнообразными пейзажами. Слева от центрального входа располагались молочные ряды. Ко­ ровье молоко продавали в больших 3-литровых буты­ лях, называвшихся четвертями. Помню очень приятные на вид куски сливочного масла, выпуклые, овальные, с выдавленным на «спинке» рисунком. Хозяйки аккурат­ но раскладывали их на марле или на больших листах конскогощавеля. Топлёное, или, как у нас его называли, русское масло продавали порциями, имевшими форму глубокой тарелки. По другую сторону от центрального проезда торго­ вали изделиями прикладного искусства: деревянными ложками и матрёшками, копилками из керамики в виде кошек и собачек, разрисованными ковриками с лебедя­ ми, надувающимися шариками «уди-уди» и веерами из папиросной бумаги. За молочными рядами шли мясные и грибные. Да­ лее следовали фруктово-ягодные - предмет особого внимания детворы. Ягоды держали в плетёных бере­ стяных коробах. Здесь же торговали пучками сладкой черёмухи. Яблоки были распределены по сортам: боро­ винка, анис, грушовка, белый налив, коричное, скрижа­ пель и т.д. Рядом с ягодными находились цветочные ряды, а за ними значительную часть площади занимали возы с дровами. Лучшими считались дрова берёзовые. Они го­ рели долго и давали хороший уголь. Сосновые прогора­ ли быстрее. Жаркое, но более кратковременное пламя, давали дрова ольховые. Приезжие крестьяне называли ольху «елха». Меньшим спросом пользовались дрова осиновые и еловые. Их, как более дешёвые, добавляли к берёзовым. В восточной части рынка располагались овощные ряды. Чего там только не было! Репа белая, жёлтая, фиолетовая и пятнистая жёлто-фиолетовая. Белая была более сочной, но менее вкусной, как у нас говорили, водянистой. Мы, детвора, предпочитали фиолетовую. Теперь такого разнообразия уже нет, всем предлагают только жёлтую. Овощи, особенно картофель и огурцы, привозили возами и продавали мешками или мерами. Мера - 16 кг, три меры - мешок. В пору созревания огурцов их запах господствовал на всём рынке. В этой же части площа­ ди торговали зерном, мукой, овсом и разными крупа­ ми. Всё это продавалось мешками. В северо-восточном углу рынка стояли возы с сеном. Здесь же зимой про­ давали ёлки. Самую северную часть площади занимал вещевой рынок - барахолка. Чего там только не было! Одежда и обувь, посуда и старинные веера, бинокли в перламутровой оправе, учебники и книги дореволюци­ онных изданий... ...В этих записках мне хотелось поделиться вос­ поминаниями о жизни в городе Владимире в 1930-40-е годы, на примере одной небольшой части его - посёлка Воровского - передать обстановку, уклад жизни, инте­ ресы людей, с которыми пришлось жить и общаться. 1 История этих безымянных надгробий такова. После ликви­ дации Княгинина монастыря на его территории образовали ЖАКТ - жилищно-арендное кооперативное товарищество им. Воровского. В 1924 г. коммунальный отдел снял и вывез с территории кладбища при монастыре все надгробия и ограды. От могил осталась «одна неровная поверхность выдававшихся из земли склепов», как писал председатель ЖАКТа, ходатай­ ствуя о полной ликвидации кладбища, «чтобы это место можно было бы использовать под детскую спортивную площадку и провести древесные насаждения». «При наличии кладбища не может быть развёрнута культурная работа кооператива» - настаивал кооператив на возражения юристов о неправомер­ ности ликвидации кладбища, которое по законам того времени не могло быть произведено менее чем через 45 лет после последнего захоронения. Как бы там ни было, кладбище было ликвидировано, при этом исчезли могилы известных людей, как, например, Подшивалова Василия Сергеевича, известного писателя и журналиста, Алякринского Митрофана Ивановича, доктора медицины, писателя и филантропа, Советкина Дмитрия Константиновича, инженера-механика, основоположника русской системы профессионального образования, основателя Мальцовского ремесленного училища (ныне авиамеханический колледж) и многих других известных владимирцев. В 1938 г. на месте кладби­ ща уже существовала детская площадка и сад. В домах посёлка, которые ранее были кельями монастыря, выросло целое поколение владимирцев, не знавшее о существовавшем здесь кладбище, а если и знавшее, то не задумывавшееся о нём (прим, редактора).