rk000000110

ми детьми».6Программа их пребывания в нашем городе была крайне насыщенной: в 7 часов вечера того же дня после осмотра владимирских достопримечательностей и завтрака у губернатора «августейшие особы» посети­ ли Боголюбовский монастырь, а весь следующий день провели в Суздале и только ночью отбыли в Москву. Константин Константинович с 26 ноября 1898 года, т.е. со дня основания Владимирской учёной архивной ко­ миссии (ВУАК) был её почётным членом и «не пропу­ скал ни одного случая милостиво жертвовать в библио­ теку нашей Комиссии свои поэтические произведения, всегда специально датированные». Возможно, поэтому путешественники посетили и музей ВУАК, где приняли «от библиотекаря Архивной комиссии А.В. Смирнова и хранителя музея В.Г. Добронравова книги Трудов Ар­ хивной комиссии, нарочито приготовленные альбомы видов и снимков древностей Владимира и Суздаля и не­ сколько других изданий». Этот момент для нас особен­ но важен, поскольку наряду с альбомом «На память о Владимиро-Суздальских древностях» гостям были пре­ поднесены «изготовленные по заказу комиссии мест­ ным фотографом В.В. Иодко два экземпляра альбома фотографических снимков с древних церковных зданий в гг. Владимире и Суздале».7 Вот и для подарка графине Беттине Э.М. Рогожан­ ская также выбрала фотографии, но на другую тему. 7 сентября графине был вручён задуманный Э.М. Рогожан­ ской и выполненный специалистами салона-магазина «Мир фото» альбом с фотографиями, но не «древно­ стей», как её прапрабабке Ольге, а с портретами горожан начала XX века, т.е. тех людей, которых могла видеть Ольга Константиновна, проезжая по улицам Владимира. Десятки таких портретов представителей самых разных слоёв населения Владимира были взяты из коллекции Г.Г. Мозговой, и среди них немало работ В.В. Иодко. Как свидетельствовала вручавшая альбом Э.М. Рогожанская, «графинюшка была восхищена и обрадована».8 Мы же ещё раз обратимся к теме посещения нашего города высокими гостями. Во Владимир вместе с Кон­ стантином Константиновичем приезжали, как уже было сказано, и его дети, в частности, великий князь Олег. Очевидцы посещения августейшим семейством Успен­ ского собора свидетельствовали, что, прочитав на сте­ не собора надпись, рассказывающую о мученической смерти здесь в феврале 1238 года семьи владимирского князя Георгия, впечатлительный князь Олег «особенно затих, яркий румянец говорил о сильном волнении, а глаза были полны слёз». Сопровождавший высочайших гостей В.Т. Георгиевский через некоторое время обна­ ружил Олега Константиновича у гробницы погибше­ го великокняжеского семейства. Князь Олег «надолго припал своей головой к рукам святого страдальца за землю русскую, как бы прося его благословения». Об этом эпизоде владимирская газета вспомнила восемь лет спустя, когда «князь-отрок положил на поле брани с врагами живот свой за веру, царя и родную землю».9 Князь Олег умер от ран в одном из госпиталей Вильны в сентябре 1914 года. Успевший посетить его Б. Адамович на всю жизнь запомнил, что сказал князь, услышав сочувственный вопрос: «Ваше Высочество, Вы очень страдаете?» «И вот на этот вопрос, - вспо­ минал Б. Адамович, - я услышал ответ, который и со­ ставляет всю сущность и бесконечную прелесть моего воспоминания об этой второй и, увы, последней встре­ че. -Д а , я страдаю! Но я невыразимо счастлив: Господь удостоил меня пролить кровь за Государя и Родину! Когда народ узнает, что один из Романовых пролил свою кровь за Россию, нас будут больше уважать и лю­ бить».10Как же провидчески звучали в то время слова популярнейшей у народа песни, созданной композито­ ром Яковом Пригожим на стихотворение К.К. Романова «Умер», написанное им ещё в 1885 году, и получившей особое распространение в период Русско-японской вой­ ны (1904-1905 гг.): «Умер, бедняга! В больнице военной долго родимый лежал»! Вспоминая после гибели князя Олега о событиях 1908 года, владимирцы считали, что тот просил у вла­ димирского князя благословения на сей подвиг. Мы же, зная о трагедии 1918 года, не можем не предположить другое: Олег Константинович предчувствовал столь же трагическую кончину собственной семьи. Его отец К.К. Романов умер через год после гибели Олега, 2 июня 1915 года, на 57-м году жизни. «Глубоко рели­ гиозный человек, - писал исследователь его творчества М. Зубков, - он спокойно ждал этого “небесного поце­ луя”. Бог пощадил его... Ему не пришлось пережить страшной, преступной трагедии: расстрела в 1918 г. в Екатеринбурге царской семьи и дикое истязание в Ала­ паевске большой группы великих князей. Смерть по­ следних была воистину мученической. Их сталкивали в шахту 20-метровой глубины, бросали туда ручные гра­ наты, а затем заваливали ещё живых, стонущих всяким хламом. Среди этих мучеников было 4 сына великого князя Константина Константиновича Романова: Иоанн, Константин, Игорь и Георгий».1 Вместе с двоюродны­ ми братьями своей воспитанницы в той же шахте Ала­ паевска мученически умерла и Елизавета Фёдоровна. Однако заметим, что в 1918 году погибли Иоанн, Кон­ стантин и Игорь Константиновичи. Князю Георгию, как и его брату Гавриилу, а также сёстрам Татьяне и Вере удалось выжить.12 Своеобразным пророческим напут­ ствием сыновьям в постигших их страданиях звучали строки из стихотворения К.К. Романова «Когда, прови­ дя близкую разлуку...»: «Любя.Знадеясь, кротко[1и2смиренно, Свершай, о,:Друг,2ты0этот'ипутьЗземной И веруй, чтоОвсегда иОнеизменно ХристосОс тобой!». 10 11 12 Приезд во Владимир королевы Ольги и её брата с семьёй мы описываем по следующим источникам: Посещение гор. Влади­ мира Августейшими особами // Владимирские епархиальные ведомости. 1908. № 25. С. 486-489; Отчёт о деятельности ВУАК за десятый год её существования (1908) // Труды Владимирской учёной архивной комиссии. Владимир, 1908. Кн. X. С. 17. Отчёт о деятельности ВУАК за семнадцатый год её существова­ ния (1915) // Труды Владимирской учёной архивной комиссии. Владимир, 1917. Кн. XVIII. С. 4. Рогожанская Э. Садовый участок для графини / / Хронометр-Владимир. 2003. 1 окт. Владимирские епархиальные ведомости. 1916. № 48-49 . С. 590-591. Адамович Б. Памяти князя Олега Кон­ стантиновича // Кадетская перекличка. 1972. № 2 . Зубков М. Указ. соч. С. 83. Скотт С. Романовы. Екатеринбург, 1993. посетить древние города своей давно оставленной родины. Что же касается Константина Константиновича, то великий князь, государственный и общественный деятель, «оста­ вивший заметный след в истории военного дела России и в организации русской академической науки» (в течение 26 лет он возглавлял Императорскую Академию наук, учредил в ней отделение изящной словесности), был также председателем Русского музыкального общества, успешным композитором, драматургом, актёром и поэтом, о поэтическом творчестве которого хвалебно отзывались А. Фет и А. Майков. Для произ­ ведений поэта К.К. Романова характерна высокая гражданская позиция, он осознавал «поэтическое творчество, как великое служение отечеству». Источником вдохновения поэта, долгое время скрывавшегося за инициалами К.Р., всегда служили «добрые мысли и дела, любовь к людям и миру» (Зубков М. Поэт добра и красоты К.Р. // Русь: лит.-историч. журнал (Ярос­ лавль). 1995. № 1. С. 72-73.