rk000000110

Епископ Ковровский Афанасий (Сахаров) Иеросхимонах Алексий (Соловьёв) Патриарх Московский и всея Руси Сергий (Страгородский) демагогические лозунги, взывали к эмоциям, а не к разуму. Но всё это высокопарное красноречие, полное льстивой и заманчивой демагогии, было развеяно в пух и прах мудрым и веским словом митрополита Макария (Невского), одного из старейших иерархов, которого будущие обновленцы откровенно побаивались, назы­ вая воплощением «крайнего консерватизма». Выходец из Ковровского уезда, не один десяток лет проживший среди язычников-алтайцев, он и в глубокой старости не утратил ни ясности мысли, ни остроты языка: всю полемику о целесообразности восстановления патри­ аршества митрополит Макарий назвал «бесплодной и никчемной». После этого в работе первой сессии Собо­ ра наступил перелом: делегаты перешли от потерявших всякий смысл дискуссий к обсуждению процедуры вы­ боров патриарха. Сложившийся с древних времён порядок таких вы­ боров был рассчитан на то, чтобы на волеизъявление участников Собора не повлияли сиюминутные полити­ ческие страсти. В Римско-католической церкви участ­ ников выборов Папы принято закрывать на ключ, лишая всякого общения с внешним миром. Но результат таких выборов часто оказывался необъективным - всё решал компромисс. Участники Поместного собора 1917-1918 годов не отгораживались от внешнего мира, но кипев­ шие за стенами храма Христа Спасителя страсти не ока­ зали влияния на их выбор, хотя это могло бы произойти, если бы патриарха избирали простым большинством голосов. В первом туре голосования делегатам Собора было предложено выбрать наиболее авторитетного ие­ рарха - им стал митрополит Антоний (Храповицкий). Если бы патриархом стал он, это был бы выбор, явно несвободный от политических страстей: отличавшийся радикальным неприятием происходивших в России ре­ волюционных процессов, будущий первоиерарх Зару­ бежной церкви, оказавшись на Патриаршем престоле, сразу пошёл бы на жёсткую конфронтацию с властями, и гонения, обрушившиеся на Церковь, в течение очень скорого времени привели бы к поистине катастрофи­ ческим последствиям. Патриарх Тихон старался дей­ ствовать осторожно и дипломатично, не провоцируя гонений, и был неуступчив лишь в самых принципи­ альных вопросах —начало наиболее страшной и крова­ вой волны репрессий удалось отсрочить на несколько лет. Но всё это было несколько позже... Пока же вто­ рой и третий туры голосования определяли иерархов, пользующихся наибольшим авторитетом, уже без учёта кандидатуры митрополита Антония - ими стали митро­ политы Тихон (Беллавин) и Арсений (Стадницкий). Из трёх кандидатур патриарха выбирали жребием: ларец, в который поместили записки с именами кандидатов, был установлен на престоле храма Христа Спасите­ ля. После молебна к престолу подошёл иеросхимонах Алексий (Соловьев) —в прошлом настоятель одного из кремлёвских соборов, духовник великой княгини Ели­ заветы Фёдоровны, безвременно оставшийся вдовцом и поселившийся в Зосимовой пустыни - в этот период она заслужила не меньшую славу, чем расположенная по соседству Троице-Сергиева Лавра или известная своим старчеством Оптина пустынь. К моменту вы­ боров патриарха иеросхимонах Алексий был одним из старейших монахов Русской церкви - с возрастом он практически потерял зрение. В наступившей тишине он подошёл к ларцу и, трижды перекрестившись, вынул жребий. Через мгновение напряжённая тишина была нарушена мощнейшим, славившимся на всю Россию басом архидиакона Константина Розова, возвестившего имя новоизбранного патриарха. Это произошло 5(18) ноября 1917 года. Как писали впоследствии во всех учебниках истории, в этот момент часы истории уже отсчитывали новую эру в истории человечества. Новая эра началась и в истории Церкви - она была опреде­ лена патриархом Тихоном, казалось бы, взаимоисклю­ чающими эпитетами «тёмная ночь» и «благоприятное время». Православному духовенству, среди которого было немало участников Поместного собора 1917-1918 годов, пришлось вытерпеть самые тяжкие муки, но ви­ димое поругание Церкви обернулось для неё подлин­ ным триумфом. Имена участников Собора оказались неподвластными забвению, многие из них были внесе­ ны в святцы. И среди них по праву чтятся те, чей жиз­ ненный путь при тех или иных обстоятельствах связан с Владимирским краем, а имена митрополита Макария (Невского) и иеросхимонаха Алексия (Соловьёва), не­ сомненно, приобретают особое значение - благодаря им состоялось столь важное событие церковной и свет­ ской истории, каким без преувеличе­ ния следует считать избрание патри­ арха Тихона.