rk000000110

на территории нынешней Владимирской области — в городах Владимире, Кольчугине, Собинке, в Ковровском и Гусь-Хрустальном районах. Её деятельность в качестве политинструктора была высоко оценена, в том числе бывшими военнопленными, с которыми ей пришлось общаться. В 1971 году один из них писал ей в своём письме: «Суздаль, Владимир —это прекрасные древние города, на их фоне шёл процесс перевоспитания, в котором вы принимали такое боль­ шое участие <...>. Благодаря вашему вкладу Владимир стал для военнопленных университетом жизни». После войны Мишкет Либерман вернулась на родину в Германию - и отдала все силы строительству нового государства. Была членом Союза писателей ГДР. Умерла после 1980 г. В настоящей публикации приводится рассказ М. Либерман о трудовом лагере военнопленных № 190 в городе Владимире. Текст подготовлен к печати А.П. Сухаревым по публи­ кации в книге: Либерман М. Из берлинского гетто в новый мир: мемуары антифашистки / Пер. с немецко­ го. М„ 1979. МОЙ НАЧАЛЬНИК П оезд был переполнен. Во Владимир я приехала совершенно измученная в три часа ночи. Я подо­ ждала на вокзале, пока не рассвело. Камера хранения была ещё закрыта. Мой тяжёлый чемодан, на этот раз наполненный книгами, я оставила у начальника стан­ ции и отправилась в путь. Владимир - это старинный город с красивыми церквами и другими средневековы­ ми достопримечательностями. До четырнадцатого века - центр Владимиро-Суздальского княжества. Но мне было не до истории. Кроме длинной главной улицы я видела лишь маленькие узкие немощёные переулки, ко­ торые то уходили в гору, то спускались с горы. Малень­ кие ветхие деревянные домики. Путь от вокзала к ла­ герному управлению шёл круто в гору. Мне пришлось пройти семь километров. Общественного транспорта в городе не было. Лагерное управление находилось в здании адми­ нистрации тракторного завода. Я вошла в комнату на­ чальника лагеря. За большим письменным столом си­ дел невысокий подполковник в очках, что-нибудь около пятидесяти лет. Похож на учителя. Он встал и сделал несколько шагов мне навстречу. Это настроило меня хорошо. «Мои бумаги, наверное, ещё не пришли, но я здесь». Он ответил мне в том же тоне: «А это главное, я о вас знаю». У меня сразу же установился контакт с этим челове­ ком. И этот контакт сохранился на годы. Работать с ним было одно удовольствие. Мне казалось, что этот чело­ век олицетворяет партию. Гуманист до мозга костей. Это чувствовали даже военнопленные. Антифашисты боготворили его, его и врача Беликову. Ещё сегодня многие из антифашистского актива спрашивают меня об этих двух людях. Мне очень жаль, что не удалось сохранить с ними связь. «Известно ли вам, что вы отвечаете за двенадцать лагерей?» - спросил меня мой шеф с сочувственной улыбкой. «Нет, этого я не знала. И где они?» «Здесь, на территории тракторно­ го завода, находится главный лагерь, два других - в городе и девять - в об­ ласти». «Везде ли есть антифашистские активы?» «Нет, только в главном лагере и лагере номер один». «Хорошие?» «Большие». Я рассмеялась. «Чтобы ответить на ваш вопрос, дорогой товарищ, надо знать этих людей, понимать их язык». Мой шеф нравился мне всё больше. «Я думаю, вряд ли полезно для антифашистской работы совмещать в одном лице руководителя актива и лагерного коменданта. Но как с этим быть, разберётесь сами». «Можно ли мне теперь идти? Я бы хотела провести сегодняшний день в лагере, понаблюдать». «Идите сначала в хозяйственный отдел и скажите, чтобы вас разместили». ХЛЕБОМ ЕДИНЫМ Х озяйственный отдел был через две двери. В комна­ те сидели добродушные люди. Двое мужчин и одна пожилая женщина. «Мы разместили вас в «гранд-отеле» тракторного завода, —пошутил один из мужчин. —В комнате на три человека. Пока что вы в ней одна». Говоривший заметил, видимо, какую я сделала кис­ лую мину. «Лучше, чем в городе. Не так далеко. Ведь по вечерам здесь дороги не освещаются. От вашего обще­ жития вам надо пройти до лагеря только четыре кило­ метра по полю, и вы на месте». «Да, действительно рукой подать». Я спросила о столовой. «Столовая была, да сплыла. Теперь будете получать паёк. Раз в две недели». «И что мне с ним делать?» «Есть!» «Сырым?» «Как так, сырым? Варить!» «Где?» «Ну, в вашем «гранд-отеле». «И когда? Вечером?» «По мне, хоть ночью. Если вам это нравится». «Вы человек весёлый!» «Да, со мной не соскучишься!» «До свидания!» Я, конечно, не стала готовить. Не было ни времени, ни охоты. Да и кто говорит, что человек хлебом единым жив? Вкусен был чёрный хлеб, я ела его утром, днём, вечером, снова и снова. Я даже не могла его весь съесть. Конечно, за это пришлось расплачиваться. Ну, ладно. О болезнях говорить не стоит. Такое у меня было прави­ ло. К сожалению, я слишком часто его забывала. Как и другие хорошие правила. Разговор в хозяйственном отделе не прибавил мне бодрости. В лагерь я пошла с невесёлыми мыслями. К тому же пришлось вернуться: у меня не было пропуска. Он лежал в управлении. Шеф о нём позаботился, а под­ писал его командир караульного батальона. Ещё десять минут ходьбы - и я оказалась в лагере. Антифашистский актив находился в левом бараке, сразу же у входа. Это помещение располагалось между кухней и по­ мещением для выдачи хлеба. Не очень-то подходящий климат для разъяснительной работы, мелькнула у меня мысль. Я открыла дверь. Обычная команда «Встать!», которую я, впрочем, вскоре сама отменила. В помеще­ нии находилось довольно много пленных. Встав в круг, они о чём-то спорили друг с другом. Я услышала сло­ ва «норма», «проценты». Неплохо. Я поприветствова­ ла всех, сказала, кто я такая. Трое тут же исчезли. Это были командиры рот, только что вернувшиеся со свои­ ми людьми после смены. Они докладывали о выполне­ нии нормы. Двое остались. Блондин представился мне: «Герберт К. Руководитель актива и лагерный комендант. А вот это Детлеф. Он здесь убирает».