КОМИССАР ПЛАЧЕТ Семьдесят первый морской авиационный истребитель- ный полк, в котором началась моя служба еще до войны, после отступления из Копорья разместился на Бычьем поле острова Котлин. Откуда взялось это бычье название, никто толком не знал. Полагали, что, оно, как и все в Кронштадте, с петровских времен. Видно, здесь содержали, откармливали и потом забивали быков для флота. Теперь здесь ничьих быков не было, а площадка оказалась вполне подходящей для аэродрома. Основной состав полка: летчики, техники, мотористы, оружейники были оставлены на местожительство тут же, на близлежащем кладбище, густая зелень которого хорошо маскировала наскоро выкопанные землянки, а нас, аэро- дромных связистов и часть командиров, отправили кварти- ровать в Западные казармы самого города, километра за четыре от поля. Это не очень удобно для несения аэродром- ной службы — далековато, но с другой стороны гарантиро- вало хотя бы относительную безопасность для части личного состава в минуты налета немецкой авиации, потому что сам аэродром, его летное поле, были на безлесном острове как на ладони. В свободное от вахты у самолетов время нас иногда назначали в караул: то на Морской завод, то к артиллерийским складам, то в штаб флота, то на другие объекты. Пора была горячая, хотя на дворе стоял уже сентябрь. Враг, находившийся на подступах к Кронштадту, обрушил на него всю мощь своей авиации и дальнобойной артилле- рии, зная, что, сломив крепость, откроет себе дорогу на Ленинград. Творилось что-то невообразимое. Всю крепость заволокло густым черным дымом — горели нефтяные скла- ды. Пушечная пальба слилась в один сплошной гул. Все дрожало вокруг, словно в лихорадке. Рушились дома, а из продолжавших стоять сыпались со звоном на мостовую
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4