ректора всех заводов по обработке цветных металлов - так называемой подотрасли. Возглавлял совещание министр Ломако, и многие заводчане, в том числе и я, тогда впервые его увидели. Его выступление, конечно, было в центре внимания. Он предельно конкретно обозначил, что необходимо сделать, чтобы цветная металлургия, разорванная системой совнархозов на части, вновь стала единой отраслью, и какое место в ней должны занимать заводы по обработке. В зале совещания было разрешено присутствовать инженерно-техническим работникам нашего завода, около 100 человек, в основном - молодежь. Впечатление Ломако произвел сильное, слушали, затаив дыхание. Красной нитью в выступлении министра проходила мысль, что выпуск проката существенно увеличивает прибыль отрасли. Он называл нашу подотрасль «четвертым переделом», а первые три - это добыча руды, обогащение и металлургия, и все они должны быть в едином кулаке. В связи с этим надо сказать несколько слов об одном расхожем мнении. Особое отношение Ломако к Кольчугинскому заводу не было секретом, и некоторые товарищи говорили: «Ведь он у вас был директором, потому и помогает». Да, память о том времени была для Петра Фадеевича неизгладима. Но дело не только в этом. Министр лучше всех понимал особое значение «четвертого передела» для экономики отрасли. А Кольчугинский завод был самым крупным в системе обработки цветных металлов. Что важно - он производил прокат всех видов: ленту, трубы, проволоку и т.д; другие заводы выпускали узкий ассортимент. И главное -Ломако знал не понаслышке о профессиональном мастерстве кольчугинцев, которые умели быстро осваивать и выпускать самые сложные виды проката. Такое мастерство - это капитал, который создается опытом многих поколений, и не все заводы могли этим похвастаться. За все это, вместе взятое, Петр Фадеевич любил наш завод, считал его флагманом. Но ошибаются те, кто уверял, что с таким министром было легко работать. Его доверие надо было постоянно оправдывать результатами работы. Завод был награжден орденами, многократно получал почетные Знамена и другие награды, но всегда министр был для нас самым строгим судьей. Но вернемся к памятным событиям зимы 1966 года. После совещания Ломако обошел большинство цехов завода. Он охотно шел на контакт с людьми, откровенно отвечал на любые каверзные вопросы, а их было немало. Зарплата на заводе была тогда довольно низкая, строительство жилья почти не велось. 106
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4