И.В. СИНЯВИНА НАВСЕГДА ВМЕСТЕ ОТЕЦ Мой отец, Горбатов Владимир Павлович, родился в семье сельского учителя, который в начале Первой мировой войны вдруг принял сан священника и стал служить в своей же сельской церкви, где до того руководил церковным хором. С приходом советской власти, естественно, вся семья —родители, шесть братьев и две сестры — сразу же стали «лишенцами», то есть лишились всех гражданских прав и перспектив на будущее. В 14 лет отец ушёл из семьи и стал искать самостоятельную дорогу. У него был очень красивый почерк, и его взяли писцом в каВ.П. Горбатов кую-то контору. Потом смышленый мальчик выучился на счетово- да, потом на бухгалтера, и в этой профессии со временем достиг больших успехов, став экспертом в разного рода сложных ревизиях, расследованиях и разбирательствах. Во Владимире он оказался в середине 20-х годов. Здесь женился, завёл семью. Моя мама была из семьи орехово-зуевских ткачей. У четырёх сестёр рано умерла мать, им трудно было привыкнуть к мачехе, и все они потянулись к старшей, Шуре, которая удачно вышла замуж за крупного губернского чиновника. Отцу и маме повезло: не без помощи зятя им предоставили квартиру, где они и прожили долгие годы. Отец не разрешал маме работать, он хотел, чтобы дети —я и брат Игорь —получили домашнее воспитание, без всяких яслей и садиков. Поэтому жили мы плохо- вато, в квартире было только самое необходимое, а пшённая каша на молоке считалась лакомством. У отца было два. увлечения: музыка и охота. В большой холодной кухне у нас всегда жили собаки, англо-русские гончие, и не было ни одного выходного дня или праздника, чтобы отец не от- правлялся с ними в лес. Мама очень обижалась, но эта страсть была выше его. Помню, в день своего 40-летия он заявился из леса
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4