Князь-Владимирское к л а д б и щ е «ВЛАДИМИРСКИЙ НЕКРОПОЛЬ» выпуск 3
И.А. Столетов. СЛОВО ОБ ОТЦЕ Очередной выпуск «Владимирского некрополя» содержит материалы по истории Князь-Владимирского кладбища, очерки и воспоминания о людях науки, культуры, искусства, религиозных деятелях, погребённых на этом кладбище
СЛОВО О РОДНЫХ И БЛИЗКИХ Идёшь, на меня похожий, Глаза опуская вниз. Я их опускала — тоже! Прохожий, остановись! Прочти —слепоты куриной П маков набрав букет, Что звали меня Мариной И сколько мне было лет. Не думай, что здесь — могила, Что я появлюсь, грозя... Я слишком сама любила Смеяться, когда нельзя. И кровь приливала к коже, И кудри мои вились... Я тоже была, прохожий! Прохожий, остановись! Сорви себе стебель дикий П ягоду ему вслед, — Кладбищенской земляники Крупнее и слаще нет. Но только не стой угрюмо, Главу опустив на грудь. Легко обо мне подумай, Легко обо мне забудь. Как луч тебя освещает! Ты весь в золотой пыли... П пусть тебя не смущает Мой голос из-под земли. МАРИНА ЦВЕТАЕВА
владимирский ФОНД КУЛЬТУРЫ владимирское муниципальное учреждение «владимирский некрополь» владимирский НЕКРОПОЛЬ Выпуск 3 КНЯЗЬ-ВЛаДИМИРСКОЕ кладбище Владимир 2000 И.А. Столетов. СЛОВО ОБ ОТЦЕ
СЛОВО О РОДНЫХ И БЛИЗКИХ ВЛАДИМИРСКИЙ НЕКРОПОЛЬ. КНЯЗЬ-ВЛАДИМИРСКОЕ КЛАДБИЩЕ: сборник. —Владимир: Владимирский фонд культуры, МУ «Владимирский некрополь», 2000. — 3-й выпуск.— 128 с.: илл. Составитель Валентина Ивановна Титова В оформлении выпуска использованы рисунки учеников Владимирской детской городской художественной школы Книга издана с помощью средств гранта фондов Форда, Межрегионального общественного «Новые перспективы» и Владимирского областного отделения ассоциации молодёжных организаций © Подбор материалов и оформление Владимирский фонд культуры, МУ «Владимирский некрополь», 2000
И.А. Столетов. СЛОВО ОБ ОТЦЕ К ЧИТАТЕЛЯМ Перед вами очередной сборник, посвящённый истории Князь-Владимирского кладбища. Если первый выпуск содержал несколько десятков биографий наиболее известных людей, погребённых здесь, второй был отдан истории воинских захоронений, то настоящий посвящён, в основном, деятелям культуры и искусства. При этом сборник содержит не только очерки, написанные краеведами, нашими постоянными авторами, но и родственниками, близкими людьми: их воспоминания вы найдёте в рубрике «Слово о родных и близких». Читатели смогут познакомиться также с материалами по истории кладбища, с ходом работ по благоустройству и санитарной очистке кладбища в период весенне-летнего сезона 2000 года. В приложении печатаются материалы Российского законодательства о кладбищах, об основных правилах погребения по христианскому обряду. В оформлении сборника использованы рисунки учащихся Владимирской детской городской художественной школы, которые работали здесь летом под руководством А.И. Дынниковой. Свои отзывы и пожелания об издаваемых сборниках «Владимирский некрополь» вы можете сообщить нам по адресу: 600007, г. Владимир, ул. Мира, 94. Муниципальное учреждение «Владимирский некрополь». Повторяем номер расчётного счёта для тех, кто хочет оказать материальную помощь в работе по благоустройству Князь-Владимирского кладбища: МУ «Владимирский некрополь» г.Владимир ИНН 3302019684 р/с 40603810400002000028 БИК 041708001 ГРКЦ ГУ ЦБ по Владимирской области г.Владимир.
СЛОВО О РОДНЫХ И БЛИЗКИХ СХЕМА КНЯЗЬ-ВЛАДИМИРСКОГО КЛАДБИЩА 14 Семейное захоронение Романовских-Ромейковых 15 Д.Е. Ставровский 16 А.П. Смирнов 17 Свт.Афанасий (Сахаров) 18 Иеромонах Иеракс 19 Семейное захоронение Пазухиных 20 Семейное захоронение Сабуровых 21 Н.П. Кабардин 1 Сёстры Альтнер 2 С.В. Владимиров 3 В.Г. Добронравов 4 И.О. Карабутов 5 С.Н. Коншин 6 В.В. Косаткин 7 С.И. Левкоев 8, 9 Е.В. Мирская и А.А. Евдокимов 10,11,12 В.Д. Волохов, О.В. Кирская, М.А. Соловьев 13 Д.И. Рохлин
И.А. Столетов. СЛОВО ОБ ОТЦЕ СЛОВО О РОДНЫХ И БЛИЗКИХ
СЛОВО О РОДНЫХ И БЛИЗКИХ ... издавна могилы родителей и предков были святыней русского народа, и князья наши, заключая договор между собой, считали лучшим знамением его крепости, если он будет произнесён на отцовском гробе. Н.И. КОСТОМАРОВ Не говори с тоской: их нет; Но с благодарностию: были. В.А. ЖУКОВСКИЙ
И.А. Столетов. СЛОВО ОБ ОТЦЕ И.А. СТОЛЕТОВ Слово об отце Мне хотелось бы рассказать о жизненном пути моего отца, привести любопытные исторические документы, повествующие о его жизни и работе. Род Столетовых во Владимире ведёт своё начало из Новгорода Великого. Как известно, Иван IV, борясь с давним демократическим правлением этого свободолюбивого торгового города и его населения, выслал многие знатные новгородские семьи в разные места Русской земли. Столетовы попали во Владимир. Среди документов сохранилась «Книга записи купчих и иных крепостей владимирской приказной избы за 1762 г.» В ней записана купчая крепость, из которой следует, что «...Иван да Григорий Несмеяновы дети Зловидова продали в Володимери на посаде за рекою за Лыбедю своё купленое белое дворовое место без хором с огородом и вишенником и с яблоньми посацкому человеку Потешке Столетову...»1. Жили Столетовы в патриархальном Владимире, занимаясь огородничеством — типичным для горожан российского Нечерноземья делом. Есть и более близкий к нашему времени документ, касающийся быта нашей семьи. Это «Выкопировка из плана губ. г. Владимира 1865-66гг.» —«Чертёж на постройку деревянного одноэтажного дома и такового же сарая с брандмауэром на усадьбе земли, показанной на плане под лит. «А», принадлежащей владимирскому мещанину Василию Ивановичу Столетову, находящейся во 2-й части Владимира, угол Воскре-
СЛОВО О РОДНЫХ И БЛИЗКИХ сенской и Подъяческой улиц» На чертеже изображён небольшой бревенчатый домик в три окошка с «парадным» крыльцом. Вот в этот домик и переселилась семья Василия Ивановича, в которой уже рос его сын Александр, родившийся 27 октября 1896 года и крещённый в православии на третий день в Ильинской церкви. Александр Васильевич с женой Натальей Сергеевной и сыном прожил и проработал здесь всю свою жизнь. Что касается домика, то при реконструкции города его пришлось снести, но стены были настолько крепки, что я перевёз его в Суздаль и восстановил на новом месте, на спокойном, удивительно красивом, высоком берегу реки Каменки. При этом в доме сохранились дух и обстановка прошлых лет. Детские впечатления моего отца складывались под влиянием прекрасной природы и гармоничной городской среды древнего губернского города, хранившего в своих постройках, ансамблях и знаменитых памятниках истории и культуры следы многовековой истории Руси, столицей которой город был когда-то. В городе мирно уживались старинные белокаменные храмы и церкви более поздних времён, деревянные дома мещан и ансамбли классицизма ХVIII-ХIХвеков. Высокий берег Клязьмы, заречные дали, мирное течение пересекающей город небольшой Лыбеди, окрестности Владимира —ансамбль Боголюбова, река Нерль и прекрасный храм, а в часе езды от города неповторимый и столь же древний Суздаль —всё это легло неизгладимыми картинами на душу молодого человека. В 1907 году Александр поступил во Владимирское реальное училище. Из-за материальной необеспеченности с 14 лет стал подрабатывать уроками, которые давал своим неуспевающим однокашникам. Это воспитывало у него чувство ответственности за своё дело и умение постоянно и упорно трудиться. Училище он успешно окончил в 1913 году. В семье сохранился Аттестат министерства народного просвещения, украшенный портретами Великого князя Михаила Фёдоровича и Государя императора Николая II —это был год Трёхсотлетия Дома Романовых. В 1915 году Александр Васильевич стал студентом Петроградского института гражданских инженеров. Однако, в начале 1917 года учение пришлось прервать —студента призвали в армию. Его служба началась с должности войскового техника-строителя 7-й Строительной партии Юго-Западного фронта. Но эта служба длилась недолго. По демобилизации в феврале 1918 года Столетов вернулся в родной Владимир. Работы по специальности не было. После недолговременной работы помощником лесничего и лесничим, в 1919 году Александр Васильевич подал заявление с просьбой зачислить его на работу по строительной специальности в Красную армию и с 1920 года служил
И.F. Столетов. СЛОВО ОБ ОТЦЕ техником, а затем помощником начальника строительного отдела Военно-инженерной дистанции г. Владимира. Здесь он познакомился со своей будущей женой Натальей Сергеевной Тихонравовой. В 1921 году А.В. Столетов получил направление для продолжения образования в Петроградском институте гражданских инженеров. Учёбу приходилось совмещать с тяжёлым трудом по разгрузке барж с зерном, что привело к серьёзному заболеванию лёгких, которое преследовало его всю жизнь. Закончил он инженерно-архитектурный факультет уже Ленинградского института со званием гражданского инженера- архитектора и получив высшую оценку за дипломный проект здания музея. Проработав архитектором три месяца в ленинградской мастерской проф. А.С. Никольского, он вернулся в родной Владимир. Я не буду подробно перечислять дальнейший служебный путь Александра Васильевича. Замечу только, что он заключался в проектной работе в мастерских и строительной деятельности непосредственно на объектах гражданской и промышленной архитектуры Иванова, бывшего тогда центром огромной Иваново-Вознесенской промышленной области, районного города Владимира и окружающих их городов и посёлков, получивших серьёзное хозяйственное развитие в 20-30- е годы (Ковров, Вязники, Муром, рабочий посёлок Лакинской фабрики, посёлки на торфоразработках, владимирская ТЭЦ). Это была деятельность архитектора, инженера, градостроителя. Где бы ни работал Александр Васильевич, везде он получал отличные отзывы, грамоты и поощрения. Его работа отличалась чёткостью, методичностью, высоким профессиональным уровнем и добросовестностью. Наступило лихолетье Великой Отечественной войны... Быстрое продвижение вражеских войск в первые недели войны несло огромные разрушения городов и сёл страны, гибель многих тысяч солдат и мирных люНадгробие А.В. Столетова, автор О.Г. Гусева.
СЛОВО О РОДНЫХ И БЛИЗКИХ дей. Над государством нависла страшная опасность. И в это-то грозное время во Владимире, находящемся не в таком уж глубоком тылу у наших войск... начинаются интенсивные работы по реставрации одного из красивейших и ценнейших памятников древнего зодчества — Дмитриевского собора. Построенный владимирскими мастерами ещё до татаро-монгольского нашествия, собор со временем ветшал. Сгнили дубовые связи, заложенные в процессе строительства в конце XII века на уровне пола хор, по периметру стен и осям пилонов. Попытки укрепить храм предпринимались и ранее. Но они были недостаточными и скорее нанесли зданию собора вред. Определённую роль в разрушении памятника сыграла разборка в 1838-40 гг. в процессе «реставрации» пристроек к храму и угловых башен. Очистив наружные стены от поздних пристроек, реставраторы того времени невольно способствовали ослаблению сопротивления стен, постепенно терявших прочность, и действию сил внутреннего распора арочно-сводчатых конструкций, нёсших тяжесть огромного цилиндра-барабана и купола. Замена сгнивших деревянных связей стен храма слабыми металлическими была недостаточной для предотвращения действия разрушающих сил. Появление трещин и деформаций в основных конструкциях собора заставило Наркомпросс приступить к его укреплению в 1930 году. Однако начатые работы, проводившиеся без серьёзного обследования и анализа причин, не были способны предотвратить процесс разрушения, и в 1939 году собор был поставлен на коренные леса —на них опирались каменные своды. Были приняты и другие меры. Однако лишь в начале 1941 года, когда состояние собора было рассмотрено Комиссией по охране и реставрации памятников архитектуры при Лкадемии архитектуры СССР, за его спасение взялись всерьёз. Война потребовала быстрейшего проведения первоочередных работ. И тогда они были поручены Александру Васильевичу Столетову, бывшему в то время архитектором Владимирского проектного бюро и имевшему богатейший опыт проектирования, ведения расчётов и инженерных работ. Ему пришлось оставить прежнюю должность, заключив договор с Владимирским краеведческим музеем. Трудно сейчас представить себе те условия, в которых пришлось вести работы по проекту, утверждённому Учёным советом Комиссии Академии архитектуры 31 августа 1941 г. Это было грозное время. Враг приближался к Москве. Наступали осенне-зимние холода. Было трудно с продуктами. Над Владимиром пролетали вражеские самолёты. Они шли бомбить заводы г. Горького. В сбрасывае
И.А. Столетов. СЛОВО ОБ ОТЦЕ мых ими листовках выражалась уверенность в скорой победе фашистских войск. Но Александр Васильевич постоянно думал о том, как лучше подступиться к делу, с двумя-тремя рабочими каждодневно взбирался на верх шедевра русского зодчества, скрупулёзно анализировал состояние его конструкций, заменяя пришедшие в ветхость камни, устанавливая металлические и железобетонные связи (это была его собственная конструктивная разработка). Нередко их сопровождал и я. Со своим товарищем иногда вылезал на крышу и долго смотрел в сторону Москвы, у которой шли тяжёлые оборонительные бои. Незабываемое реставрационное крещение в суровых условиях зимы 1941-42 гг. запомнилось на всю жизнь, и я тоже заболел этой нелёгкой, но романтической профессией, ставшей впоследствии смыслом всей моей жизни. На протяжении всей жизни, особенно в тяжёлую военную пору, неизменным помощником Александра Васильевича была моя мама Наталья Сергеевна. Она перепечатывала огромное количество деловых бумаг и статей, вела всё домашнее хозяйство. В годы войны шила тёплые вещи для фронта. Александр Васильевич ездил восстанавливать сразу после освобождения старинные русские города. Пять послевоенных лет проработал главным архитектором г. Владимира, который в 1944 году стал центром Владимирской области, занимался планировкой родного города и продолжал работу на Дмитриевском соборе. Восстановление владимирских древностей всецело захватило его. И с 1949 года всю оставшуюся жизнь он посвятил реставрации, перейдя в созданную при его решающем участии реставрационную мастерскую, в которой занимал должность главного архитектора до ухода на пенсию в 1956 году. Но и после этого он ежедневно работал за чертёжной доской или за письменным столом. Им был создан проект укрепленная церкви Бориса и Глеба в с. Кидекша под Суздалем, проведена консервация этого памятника. Как автор и научно-технический руководитель Александр Васильевич реставрировал палаты Андрея Боголюбского и жемчужину отечественной архитектуры церковь Покрова-на-Нерли. Вёл крупные работы по Успенскому собору и Золотым воротам. Им разработан также малоизвестный, но заслуживающий серьёзного внимания проект восстановления Георгиевского собора в Юрьеве-Польском —своеобразной белокаменной загадки. Трудно себе представить, как это было сделано: ведь из сотен разрозненных камней с фрагментами рельефов нужно было восстановить нигде не зафиксированную сложную, целостную архитектурно-художественную композицию собора.
СЛОВО О РОДНЫХ И БЛИЗКИХ Сохранённые благодаря стараниям отца памятники домонгольской архитектуры бесценны в истории отечественного зодчества, всей нашей культуры. Предложенное А.В. Столетовым в результате его исследований рассмотрение архитектуры домонгольских белокаменных храмов в хронологическом ряду позволяет проследить зарождение и развитие технических и художественных особенностей, сделать вывод о самобытной русской традиции их создания. И не только в возрождении памятников древнего белокаменного зодчества заключено важнейшее значение деятельности Александра Васильевича в области реставрации. Он не был самым первым среди отечественных реставраторов XX века. В этой области работали А.В. Щусев и И.Э. Грабарь, Д.П. Сухов и П.Д. Барановский, Н.Н. Воронин и А.Д. Варганов и др. При этом важно заметить, что А.В. Столетов был одним из первых, кто подошёл к решению вопросов возрождения памятников архитектуры строго методично, по ходу дела внося свой вклад в разработку научной методики реставрации конструктивных и декоративных форм памятников архитектуры. Ведь в то время ещё только нащупывался научный подход к реставрации памятников зодчества. Это было в середине 50-х годов. Внимание общественности было естественным образом обращено тогда к проблемам восстановления и реставрации памятников, разрушенных во время военных действий в годы Великой Отечественной войны. Известный и всеми уважаемый реставратор П.Д. Барановский отрицал саму возможность создания методики реставрационных работ. Он утверждал, что каждый памятник архитектуры создан по своим законам, которые реставратор должен понять и следовать в своей работе в каждом случае только им. Кстати, участвуя в решении вопроса о судьбе Дмитриевского собора, Барановский, вследствие крайне аварийного состояния памятника, не находил иного способа возрождения, как разобрать его до основания, промаркировать все камни, а потом сложить снова, заменив новыми пришедшие в негодность. Да, каждый выдающийся памятник архитектуры таит в себе свою загадку, и её важно уметь разгадать. Но это не значит, что не может существовать научная методика реставрации, дающая общие положения для исследований (а ведутся они в течение всего процесса реставрации), анализа, постоянного уточнения первоначального проекта и деталей проведения самих работ. И в этом отношении деятельность реставратора А.В. Столетова даёт нам пример тщательного, смелого и скрупулёзно-методического подхода к делу. И это не мешает изучению и восстановлению самой архитектурно-художественной сути произведений древних зодчих.
И.А. Столетов. СЛОВО ОБ ОТЦЕ Хотелось бы ещё остановиться здесь на характеристике личности Александра Васильевича, человека благородного, патриотичного, очень трудолюбивого, обладавшего мягкими душевными свойствами и до чрезвычайности скромного. Очень много в его профессиональной деятельности значило хорошее знание инженерных дисциплин, умение рассчитывать конструкции, собственноручно вести работы на стройке и при этом обладать глубокими архитектурными знаниями и умениями. Работа на строительных лесах вместе с рабочими во время реставрации делала его наблюдения и выводы особо ценными для науки и практики. Вот почему, на наш взгляд, в полемике с видными учёными и искусствоведами преимущество чаще оставалось на стороне отца. Особую ценность имеет то обстоятельство, что А.В. Столетов на протяжении более двух десятилетий пропустил возрождаемые им памятники сквозь свою творческую жизнь, ощупал их руками, измерил и в метрической системе, и в древнерусских мерах, вживаясь в самую сущность техники и мастерства безымянных древних строителей — художников, временами перевоплощаясь в прямого их последователя. И в этом сила его анализа и обобщения семидесятилетнего опыта возведения этих сооружений, прерванного татаро-монгольским нашествием. В 1996 году было широко отмечено столетие со дня рождения Александра Васильевича не только владимирской общественностью. Два дня длилась программа торжеств во Владимире и Суздале с выступлениями специалистов и представителей творческой интеллигенции Владимира и Москвы. Александр Васильевич был видным общественным деятелем. Вступив в Союз архитекторов СССР в 1936 году, он стал с 1937 года членом правления Ивановского отделения Союза и возглавил как уполномоченный владимирскую группу Союза архитекторов, а позже многие годы стоял во главе Владимирского областного отделения СА СССР. Среди наград, полученных А. В. Столетовым, —медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», Почётная Грамота Президиума Верховного Совета РСФСР, Грамота Народного комиссариата коммунального хозяйства РСФСР, вручённая ему в военную пору и другие. Примечание: 1. Памятники деловой письменности XVII века: Владимирский край. М., 1984
Е.С. СТАВРОВСКИЙ Во время освящения креста на могиле А.Е. Ставровского 5 июня 1993 года. Алексей Евграфович Ставровский Алексей Евграфович Ставровский родился в с. Ставрово Владимирского уезда 24 февраля 1848 г. в семье псаломщика Успенской церкви Евграфа Васильевича Ставровского. Десятилетним был отдан во Владимирское духовное училище. Отучившись два года, Алексей был направлен для продолжения образования, прежде всего музыкального, в Москву, в Синодальное училище церковного пения (среднее специальное музыкально-учебное заведение). Здесь он находился 4 года (с 1860 по 1864 гг.), одновременно являясь певчим Синодального хора (хора Большого Успенского собора Московского кремля). По окончании Синодального училища Алексей Евграфович вернулся во Владимир и был принят в 3-й класс духовной семинарии. В 1866 году А.Е.Ставровский был назначен регентом семинарского хора. В 1869 году, будучи студентом, он стал помощником регента архиерейского хора. По окон-
Е. С. Ставровский. АЛЕКСЕЙ ЕВГРАФОВИЧ СТАВРОВСКИЙ чании епархиальной семинарии 28 октября 1870 г. архиепископом Владимирским Антонием он назначен регентом архиерейского хора (хора Успенского собора во Владимире), и с этого времени духовные концерты во Владимире становятся регулярными вплоть до 1917 года. Концерты проводились, как правило, в феврале-марте (во время Великого Поста) в зале Дворянского собрания и всегда имели отклик в губернском городе, что широко отражалось в местной печати. Молодой энергичный регент сумел за короткое время добиться значительного роста профессионального мастерства хористов. В то время архиерейский хор вырос с 32 до 60 человек, пел не только в Успенском соборе, но и в Рождественском монастыре, а с 1884 года и в Дмитриевском соборе. Служба Алексея Евграфовича не ограничивалась работой с архиерейским хором. За свою долгую жизнь он успел многое сделать на ниве музыкального образования в городе Владимире и во всем Владимирском крае. Сразу же по окончании духовной семинарии, с 14 октября 1870 г. до 19 ноября 1871 г. он работал учителем пения Владимирского духовного училища. Затем переведён учителем пения в духовную семинарию. С 15 ноября 1873 г. стал также обучать воспитанников семинарии музыке. В это же время (ноябрь 1870 г. — май 1872 г.) Алексей Евграфович преподавал пение во Владимирском епархиальном женском училище, а с декабря 1875 года по июль 1878 —учитель пения Владимирской учительской семинарии. 1 сентября 1883 г. А.Е. Ставровский оставил семинарскую службу, но работу в области музыкального просветительства продолжал. 3 сентября 1883 г. во Владимире при Братстве Св. Александра Невского было организовано училище церковного пения. Алексей Евграфович преподавал здесь церковное пение, теорию музыки и игру на скрипке. В эти годы он также преподавал пение в женской гимназии и в Мальцовском училище. В начале 20 века он вел практические уроки пения на курсах для законоучителей, учителей и учительниц церковноприходских школ Владимирской епархии, совмещая эту работу с преподаванием пения в уже упоминавшемся Мальцовском ремесленном училище. Всё же главное дело его жизни, главная заслуга перед нашим краем —это создание прекрасного архиерейского хора. «...35-летнее служение его в должности регента архиерейского хора составляет собой лучшую страницу не только в истории этого славного хора, но и в истории церковно-певческого дела Владимирской епархии», —так писали
СЛОВО О РОДНЫХ И БЛИЗКИХ об Алексее Евграфовиче «Владимирские епархиальные ведомости» в 1905 году. Полвека архиерейский хор под управлением Ставровского был центром музыкально-хорового искусства и своим художественным исполнением дивных песнопений воспитывал во владимирцах любовь к прекрасному, к музыке и пению. Для своих воспитанников хор был серьёзной певческой школой и вырастил немало талантливых певцов и даровитых регентов. Из басов архиерейского хора по конкурсу брали певцов в протодиаконы Успенского собора в Московском кремле. Пользуясь огромным авторитетом во Владимире, Алексей Евграфович состоял с конца XIX века секретарём Владимирского епархиального попечительства, членом Епархиального училищного совета. С 18 декабря 1905 г. он также являлся членом Владимирской ученой архивной комиссии.За плодотворную работу на ниве музыкального образования А.Е. Ставровский был награждён в 1888 году орденом Св. Станислава 3-й степени, в 1905 — орденом Св. Анны 3-й степени, а в 1914 — орденом Св. Станислава 2-й степени. К 1914 году он имел чин коллежского асессора. Алексей Евграфович оставил после себя несколько духовно-музыкальных произведений, изданных в Москве в 1895 году: «Песнопения Воскресного всенощного бдения древних напевов, положенные в альтовом ключе на 3 голоса в простейшей гармонии» в двух выпусках (всего 260 страниц) и «Полные всенощные службы на все двунадесятые праздники, положенные на четыре голоса для смешанного хора» в 12-ти выпусках. Те и другие песнопения были допущены Св. Синодом к использованию в церковно-приходских школах, на курсах пения и в псаломщи- ческих школах, а Учебным комитетом при Св. Синоде одобрены для духовных семинарий и училищ в качестве учебного пособия. «Песнопения Воскресного всенощного бдения...» были удостоены диплома III степени на Всероссийской промышленной и художественной выставке в Нижнем Новгороде в 1896 году. Авторских произведений у А.Е. Ставровского было немного: это — концерт «Не имамы иные помощи», «Разбойника благоразумного...», «С нами Бог», тропарь Рождеству Христову, тропарь греческого распева и некоторые другие. Большинство других опубликованных им произведений являются переложениями древних напевов (знаменного, киевского и греческого). Первым авторским музыкальным произведением Алексея Ставровского следует считать написанный им на стихи председателя Нижего
Е. С. Ставровский. АЛЕКСЕЙ ЕВГРАФОВИЧ СТАВРОВСКИЙ родской ученой архивной комиссии А.С .Гацисского (1838-1893) в 1889 году «Гимн основателю Нижнего Новгорода Св. Благоверному Князю Георгию Всеволодовичу». Гимн был написан к торжествам, посвященным 700-летию со дня рождения Владимирского князя Георгия (Юрия) Всеволодовича (1189-1238), основателя Нижнего Новгорода. Алексей Евграфович неоднократно участвовал в работе Всероссийских съездов регентов, причем на 1-м съезде в 1908 году он являлся товарищем (т.е. заместителем) председателя съезда, а на 4-м съезде (в 1912 г.) вошёл в члены президиума съезда, наряду с таким известным композитором и дирижёром как П.Г. Чесноков (1877-1944). А.Е. Ставровский жил со своей семьёй почти в центре Владимира на Троицкой улице (на пересечении её с Воронцовским переулком) в собственном одноэтажном белокаменном доме (сейчас, к сожалению, этого дома нет). У него и его жены Веры Леонидовны было 3 дочери (София, Мария и Екатерина) и сын Пётр. Пётр Алексеевич Ставровский (1886 или 87-1938) —музыкант и дирижёр, некоторое время работал хормейстером в Большом театре в Москве. Алексей Евграфович Ставровский умер 19 сентября 1921 г., за год до этого отметив 50-летие своей работы в должности регента архиерейского хора. 21 сентября в день Рождества Пресвятой Богородицы состоялось торжественное отпевание почившего в переполненном соборе при участии всех хоров города Владимира под управлением старейшего регента Ф.Ф. Сорокина. Многочисленные горожане и соборный хор проводили гроб до городского кладбища. На могиле был установлен массивный чугунный крест с металлической оградой. В советские времена имя Алексея Евграфовича было предано забвению, утрачено место его могилы. И только в перестроечные времена благодаря усилиям работников Владимирского фонда культуры и поискам владимирских краеведов удалось установить место его захоронения. 5 июня 1993 г. на Старом кладбище состоялось восстановление памятника-креста на могиле регента Ставровского. В заключении рассказа о маститом регенте хотелось бы привести ещё одну цитату из «Владимирских епархиальных ведомостей» за 1905 год: «Своей практической деятельностью А.Е. Ставровский всецело принадлежал и принадлежит родному своему Владимирскому краю, который никогда не забудет заслуг его и занесёт имя его на страницы своей истории...»
Е. С. Коншина СергейНиколаевич Коншин Сергей Николаевич родился 4 января 1908 г. в г. Серпухове Московской губернии в семье известного фабриканта, владельца текстильных мануфактур Н.Н.Коншина. После большевистского переворота, когда вся собственность была экспроприирована, семья испытала все трудности и лишения репрессированного класса. Окончив в Серпухове среднюю школу, С. Коншин переехал в Москву, где учился в музыкальном техникуме им. Скрябина (сейчас это училище при консерватории) —по классу фортепиано, а затем брал уроки у выдающегося пианиста К.Н .Игумнова, готовясь в Московскую консерваторию. В декабре 1932 года неожиданно был арестован и постановлением тройки Московской области осуждён по ст. 58-ой. Был приговорён к 10 годам. В лагере срок продлили. Отбывал свой срок Сергей Николаевич на Колыме —с 1933 по 1946 год. Лишь короткий период из этого срока был относительно сносным, когда работал, будучи заключённым, на Магаданском радиоузле —пианистом. Но с 1937 года и до конца срока находился на тяжёлой работе в районе Крайнего Севера. Годы в неволе отражены в некоторых письмах 60-х годов. Вот фрагмент одного из них: «Девять лет работы в Связи, это же был сплошной героизм, никем не замечаемый и не ценимый. Девять лет в рваных палатках, в рваной одежде, голодные и — каждый день строили, строили телефонные
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4