памятьо войне г о р о д ВЛАДИМИР в годы ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ 1941-1945 гг. В.И. ТИТОВА
Памяти моего отца Титова Ивана Алексеевича, гвардии старшего лейтенанта, награждённого орденом Отечественной войны за разминирование Орловского вала обороны, и его брата Титова Григория Алексеевича, историка-аспиранта Ленинградского педагогического института им. А.И. Герцена, погибшего в Ленинградском ополчении Пройдёт ли память о войне, Иль, воплотившись в монументах, В стихах, романах, кинолентах, Она останется в стране? Пройдёт ли память о войне?.. А, может, это и неплохо: Иная, собственно, эпоха И о своём печётся дне. О, эта память о войне: Жару сменяли бы прохлады, В полях звенели бы цикады, Дитё б смеялось в тишине, А на лужайке у излуки Она и он сплетали руки. Всё это, как сдаётся мне, И будет память о войне. Г. Рудаков
К 70-ЛЕТИЮ победы в великой отечественной войне 1941-1945 гг. ЦЕНТРАЛЬНАЯ ГОРОДСКАЯ БИБЛИОТЕКА Г. ВЛАДИМИРА ОТДЕЛ КРАЕВЕДЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ В.И. ТИТОВА ПАМЯТЬ О ВОЙНЕ Город Владимир в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. Владимир 2014
Т 45 Титова В.И. Память о войне : город Владимир в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 гг. / МБУК “Центральная городская библиотека” г. Владимира, отдел краеведческих исследований. - Владимир : Транзит -ИКС, 2014. - 208 с .: ил. ISBN 978-5-8311-0856-9 Книга посвящена жизни города Владимира в годы Великой Отечественной войны 1941 - 1945 гг. Она показывает нелёгкие военные будни тылового города через воспоминания его жителей, которые были в те годы дошкольниками, учащимися школ, техникумов, а также через документы местных органов власти, которой приходилось делать всё возможное, чтобы обеспечивать жизнедеятельность города в нелёгкие военные годы. Редактор издательства - В.М. Некрасов Художественное оформление - Н.Н. Некрасова Фотографии из архивов отдела краеведческих исследований Центральной городской библиотеки и авторов воспоминаний. В оформлении книги также использованы работы владимирских художников А. Кувина, В. Бычкова и Н. Баранова на обложке - фото Б. Пучкова и рисунок Ю. Царёва Книга издана на средства муниципального социального гранта Автор благодарит за помощь в издании книги Владимирское региональное отделение Общероссийской общественной организации «Ассоциация ветеранов боевых действий органов внутренних дел и внутренних войск России», а также граждан и патриотов г. Владимира: С.И. Воронова, А.Л. Подгурского, А.В. Столярова, А.В. Улъянкина и К.Ю. Ковалёва © В.И. Титова, 2014 © МБУК “Центральная городская библиотека” г. Владимира, 2014 © Издательство “Нива”, 2014 © Издательство “Транзит- ИКС”, 2014
ОТ АВТОРА Подготовка к празднованию очередного юбилея Победы вернула память к тем уже далёким дням войны, которые кажутся сейчас почти нереальными, как будто из какой-то другой жизни. Когда вспоминаются детали и подробности быта, почти не верится, что мы так жили, что прожили всё это, день за днём, все четыре года. А тогда та жизнь не казалась необычной: 22 июня 1941 года мне не хватило недели до трёх с половиной лет, и я мало что помнила из другой - довоенной - жизни. Часто произносимые взрослыми и старшими детьми много значившие для них слова «до войны» для нас, детей моего возраста, были просто звуком. И мы жили той жизнью, в которую нас бросила война, не ведая, что жизнь может быть другой. И только с годами осознали, каким может и должно быть детство, каких радостей мы, дети войны, были лишены. Одним из ярких воспоминаний военного времени остались проводы на фронт отца. Был июль месяц, но всё казалось каким-то серым, пыльным. Июльский день был похож на осенний. Всю привокзальную площадь Владимира заполнили женщины с детьми. У входа в здание вокзала стояли в строю мужчины, среди которых был и мой отец. Обе группы разделяло большое пространство площади. Нас к строю мужчин уже не подпускали. Молчаливая толпа провожающих ждала отправления поезда, чтобы только махнуть рукой вслед отправлявшимся на фронт близким и дорогим людям, с которыми расставались, может быть, навсегда. Это понимали все, кроме маленьких детей. Раздалась команда, мужчины двинулись к поезду. И вдруг на всю площадь раздался звонкий детский крик: «Папа-а-а!» и мальчик лет 5-6, вырвавшись из маминых рук, бросился вслед за уходящими. И тогда крик-стон вырвался из многолюдной толпы провожавших. А поезд тронулся, из окон вагонов замахали руками... Какие чувства владели мужчинами, оставлявшими своих детей на попечение жён, которые отныне несли весь груз ответственности за них! Когда окончилась война, я пошла в первый класс. Вернулся отец, долго не могли поверить в гибель его младшего брата, ждали, наде-
ОТ АВТОРА ялись на чудо. Но постепенно другие заботы и интересы вытесняли память о военном времени. Да и правду сказать, о ней тогда мало говорили. Ничего не рассказывал отец, полностью погрузившийся в нелёгкие послевоенные заботы. Знания о прошедшей войне я получала из книг. Только научившись читать, я прочитывала все детские, и не только детские, книги о войне, какие только могла получить в библиотеке. В моём представлении сложился героический облик и советского солдата, и трудностей, через которые прошли жители всей нашей страны. Одной из любимых книг стала книга Л. Кассиля о Володе Дубинине «Улица младшего сына» - о стойкости жителей Крыма, о героической борьбе подпольщиков, среди которых были почти мои сверстники. Поэму М. Алигер «Зоя» я выучила наизусть. Странно, но очень мало впечатлений о войне осталось от уроков истории в школе. Помнились десять сталинских ударов, которые как-то плохо укладывались в голове... Несколько лет назад молодая учительница истории радостно сообщила, что в её класс придёт женщина, которая поделится с её учениками своими воспоминаниями о войне: «Она помнит войну!» Я спокойно сказала, что в этом нет ничего особенного - я тоже помню войну. И тут же получила приглашение на эту встречу. Во время этой встречи я впервые ощутила, как по-разному люди вспоминают войну. Это впечатление ещё больше усилилось, когда я стала собирать и записывать рассказы разных людей об их военном детстве. И трудности как будто были одинаковые, но одни о войне не могли говорить без слёз, другие категорически отказывались даже говорить о прошлом. Но нашлось немало тех, у кого от военного детства остались не только мрачные, но и добрые воспоминания. С благодарностью они говорили о своих матерях, которые, несмотря на трудности военного времени, создали у своих детей ощущение счастливого детства. А ещё после той встречи я поняла, что в нашем городе живут люди, с кем вместе мы прожили те трудные четыре года. Были они в войну и моложе меня, и старше, и такие, которым пришлось работать наравне со взрослыми. Дети войны... Мне удалось собрать несколько десятков воспоминаний. Они были опубликованы в книге «Мы вышли из войны», изданной в 2005 году. А постоянная работа с архивными документами, в том числе периода Великой Отечественной войны, позволила лучше понять обстановку военного времен, работу городской власти, на плечи которой легли все заботы о поддержании жизнедеятельности города. Так появилась вторая книга «Шла война», которая вышла в свет в свет в 2010 году. Собранные за прошедшие годы новые материалы побудили меня взяться за такую книгу, которая дала бы в целом картину жизни города в военное лихолетье. В ней есть место и деятельности городских ор6
ОТ АВТОРА ганов власти, которым удалось уберечь город от паники в самые тяжёлые месяцы осени-зимы 1941 года, и жизни моих сверстников - дошколят и школьников, учащихся ремесленных училищ и техникумов, которые полной мерой хлебнули трудностей... Дети войны...Война отложилась в их памяти постоянно испытываемым голодом, холодом, затемнёнными улицами, ожиданием писем с фронта, видом страданий, которые испытывали их матери. Эти годы не прошли бесследно. Они сформировали нравственный облик целого поколения, много пережившего, с раннего возраста привыкшего к труду. Сейчас многих из переживших войну уже нет в живых. А те, что в войну были моложе, живут сейчас одновременно с теми, кто воевал. Ветеранов войны остаётся всё меньше. И скоро только дети войны будут последними свидетелями - хоть и не боевых действий, но тех её последствий, которые падают во время войн на самых слабых, беззащитных - на детей, женщин, стариков. Они последние из тех, кто может сказать о военных годах: «Я помню...» 7
ЧАСТЬ 1 НЕЛЁГКИЕ ВОЕННЫЕ ДНИ
Год 1941-й ВЛАДИМИР ПРЕДВОЕННЫЙ Полтора десятилетия - с 1929 по август 1944 года Владимир имел статус сначала районного центра Ивановской области, а с 1936 года был выделен в самостоятельную административно-хозяйственную единицу с непосредственным подчинением областному центру. Бурное развитие промышленности в стране в 1930-е годы почти не коснулось Владимира, и он оставался маленьким провинциальным городом с населением около 70 тысяч человек. Только на отдалённой восточной окраине работали небольшие заводы: Химический, который гордо именовал себя Химкомбинатом, «Автоприбор», Грамзавод. За Золотыми воротами начинал разворачиваться ещё один завод - опытного прецизионного оборудования (ОЗПО). Эти предприятия находились в подчинении разных наркоматов: химической промышленности, машиностроения, тяжёлого машиностроения. Владимир. Вид на привокзальную часть города
НЕЛЁГКИЕ ВОЕННЫЕ ДНИ Кроме них, в городе работало также несколько предприятий областного подчинения: мелькомбинат, мясокомбинат, кирпичный завод и некоторые другие. В местном подчинении находились артели, которые выпускали, в основном, товары для населения. В перспективе предполагалось развивать в городе металлообрабатывающую промышленность на привозном сырье и химическое производство. Основными промышленными зонами были определены восточный и северный районы города. При этом из центральной части Владимира предполагалось постепенно выводить в эти зоны все работавшие там производств (фабрики мебельную, ватную и др.)1. Осуществление намеченных планов могло бы в течение нескольких лет превратить Владимир в довольно крупный промышленный центр, обеспечило бы рост населения, жилищное и культурное строительство. В конце 1930-х годов уже начиналось строительство нескольких новых заводов. На северной окраине города к началу войны был сдан первый корпус завода № 328, который должен был производить авиационные приборы, и около него два здания барачного типа, в которых жили строители - заключённые, а с 1944 года - немецкие военнопленные2. Планировалось строительство ещё двух заводов. На том месте, где в годы войны началось строительство тракторного завода, в конце 1930-х годов уже был готов котлован под производственные здания машиностроительного завода. Накануне войны шло проектирование водопровода и других коммуникаций к месту будущей стройки. При этом предполагалось, что коммуникации обойдут город с запада по широкой дуге от водокачки до района застройки на северной окраине, так как напрямую провести их было трудно из-за сложного рельефа городской территории. Была вполне оправданная надежда, что новые водоканализационные сети большой протяжённости будут хорошей перспективой для развития жилищного строительства, для дальнейшего роста и развития города. На окраинах и в центре уже начали возводить кирпичные дома - это заводы, хоть ещё и маломощные, строили жильё для своих рабочих. На северной окраине появились четырёхэтажные дома, построенные Грамза- водом; почти в самом центре, на бывшей улице Ленина (сейчас Гагарина) были построены дома для рабочих «Автоприбора». Недалеко от центра, на бывшей Первомайской (сейчас Никитская), выросли дома для рабочих Химзавода. Е.А. Бродецкая вспоминала: «Жили мы на улице Первомайской. Там почти перед самой войной Владимирский химический завод, где работал мой отец, построил для своих сотрудников два дома - №№ 23 и 25. Переезд в эти дома накануне войны расценивался как праздничное событие. И центр города, и центральное отопление, и водопровод с канализацией!» Но эти высокие дома, как маяки, высились над малоэтажной застройкой, 1 ГАВО. Ф. Р-2699. Оп 1 . Д. 7. Л. 6. 2 Сейчас это часть территории завода «Электроприбор». 10
Год 1941-й 11 которая ещё долго сохранялась в городе, и местами сохранилась до настоящего времени: на окраинах продолжали строить двухэтажные дома. Медленно, но постоянно шёл прирост населения. Если в 1934 году население составляло 46 тысяч человек, а к 1942 году планировалось довести его до 70 тысяч, то уже в 1939 году город населяли 56,8 тысячи жителей, а к началу 1941 года было зарегистрировано 71,3 тысячи жителей. В городе имелись учреждения для подготовки кадров: учительский институт, несколько техникумов: сельскохозяйственный, энергомеханический, химический, физкультурный, фельдшерско-акушерский и школа медсестёр, две средние школы, несколько семилетних и начальных. Был свой драматический театр, кинотеатр. Из поля зрения городской власти не уходили важные вопросы благоустройства города, в том числе организации новых парков для отдыха горожан. В середине 1930-х годов планировалось создание «Залыбедского районного парка культуры и отдыха» на 45 гектарах с физкультурной базой. Но город ещё не имел ни канализации, ни налаженной работы городского транспорта3. О предвоенной мирной жизни тихого городка, о своих сверстниках, о детских увлечениях с теплотой вспоминают многие. Вот что рассказывает один из старожилов города К.М. Фёдоров: «Году в 1933 я жил у бабушки на Октябрьском спуске напротив Пятницкой церкви. Через дорогу - Бабьи ворота, за ними базар. В то время в Бабьих воротах чем только не торговали! Пиво, морс, а, главное, масса лоточников с петушками на палочке, тянучками, ирисками, жареными пирожками с ливером, красивыми шариками на резинке, искусственными цветами, гармошками, свистульками. Однажды я выпросил у бабушки бумажную гармошку, которая издавала очень приятные звуки. Я играл на ней весь день, а к вечеру она у меня сломалась. Этот эпизод запомнился на всю жизнь: мне так хотелось иметь эту гармошку! Запомнился самостоятельный “поход” в парк им. Пушкина в воскресенье. Там было просто загляденье! Играл духовой оркестр. Масса людей ходила от входа до конца парка и обратно парами или компаниями в ряд по 2-4 человека степенно, спокойно, тихим шагом, мирно беседуя. Только мы носились между ними, как бешеные - так нас называли. Ещё запомнилось катанье обручей по Большой улице от Золотых ворот до Креста. Обруч - это железное кольцо и к нему загнутая проволока, которая поддерживала обруч во время движения. Вот мы и гоняли обручи целыми днями. И постоянное наше развлечение: гулянье по Шалопаевке4. Народу на ней всякого, торговые ряды, всё интересно. Стадион “Локомотив” (сейчас это стадион “Лыбедь”) принадлежал железнодорожникам. На футбол собирался весь город. Мальчишки про3 ГАВО. Ф. Р-19. Оп. 1. Д. 886. 4 Так многие десятилетия называлась во Владимире часть Большой улицы от площади Соборной до Золотых ворот.
12 НЕЛЁГКИЕ ВОЕННЫЕ ДНИ бирались через дыры в заборе. Во Владимире была команда ТФК (физкультурного техникума). На том месте, где позднее построили новую ТЭЦ, находился аэродром. На нём устраивались городские праздники. Во время праздников собиралось много народа, работали буфеты. Демонстрировали лошадей, особенно местных тяжеловозов. Зимой катались на самодельных санках-рулёвках. Это были широкие деревянные полозья, обитые внизу железом. На них клали доску или фанеру. Катались с вершины Козлова вала, от водонапорной башни мимо Золотых ворот, по Первомайской улице до церкви Никиты Мученика. Катились наши санки аж до Лыбеди! Садились на одни санки по 10-15 человек, мчались с криками, улюлюканьем, чтобы расступались прохожие. Летом на улице играли в футбол мячом, который шили из тряпок. В городе был, в основном, гужевой транспорт. Легковые извозчики ждали пассажиров у магазина “Круглый ГУМ”5. Летом коней запрягали в коляски, зимой в сани. Был и автобус, водителем которого работал дядя Ваня. Изредка по городу проезжали грузовики, “полуторки”. Все, в основном, ходили пешком. Еда была простая: картошка, кукурузная или пшённая каша. Впервые попробовал макароны у друга, мать которого работала в физкультурном техникуме поваром». Можно сказать, что город в предвоенные годы был достаточно патриархален. Вот как свидетельствует об этом А.П. Пугачёва: «В городе жили коренные владимирцы, и очень была заметна интеллигенция. Многие владимирцы из интеллигенции и чиновников знали друг друга по работе или по роду- племени. Их дети были соответственно воспитаны. Были, конечно, и ремесленники, но это тоже были коренные владимирцы, поэтому их дети тоже имели определённый статус воспитания (поведения)». Жители любили свой тихий город, чувствовали себя в нём спокойно, хотя жизнь и тогда была не лёгкой и не простой, а в городе было много проблем, о которых дети не могли знать в силу своего восприятия вещей и событий. В воспоминаниях и записках взрослых людей, в официальных документах город предстаёт не таким благополучным. Жизнь не была безоблачной и такой уж сытой, какой вспоминалась она в военные годы. И работа была тяжёлой, потому что техническая оснащённость заводов, которые только вставали на ноги, была далека от совершенства. И война уже шла в Европе, и это накладывало отпечаток на пока ещё мирную жизнь в городке, хотя многие не верили в возможность войны с Германией, с кото5 Так назывался магазин с восточной сороны Торговых рядов. А.П. Пугачёва
Год 1941-й 13 рой только что заключили пакт о ненападении. И близкие люди у многих находились в тюрьмах и лагерях за несовершённые преступления, а их родственники подвергались дискриминации. Обо всём этом свидетельствуют, например, воспоминания начальника одного из цехов Владимирского химического завода Г.Г. Гапоновой, дневниковые записи художника Д.И. Рохлина, воспоминания В.И. Крюкова (его отец был несправедливо репрессирован). Вот что рассказала о работе Химического завода Г.Г. Гапонова: «По окончании Ленинградского химико-технологического института им. Д.И. Менделеева по направлению Наркомтяжпрома вместе с тремя подругами я ехала работать на Владимирский химический завод. Вечером 30 ноября 1936 года подъезжали к Владимиру. Из вагона видим красивую панораму - город на холме, хорошо освещён. Блестят купола соборов, величественная кремлёвская стена. Мы в восторге! У вокзала - никакого транспорта. Пешком дошли до гостиницы “Клязьма”. Утром отправились на завод. Транспорта не было, шли пешком. Завод встретил крупной вывеской “Союзхимпластмасс”. Это впечатляло! Но как только мы окунулись в производство, оптимизма поубавилось. Цеха производили удручающее впечатление. В формовочном отделении основного на заводе вискозного цеха оборудование состояло из деревянных баков-ванн и стеклянных форм. На полу лужи, битое стекло, жарко, душно. Рабочие, в основном женщины, одеты плохо, на босых ногах резиновые сапоги не по размеру, опорки, заскорузлые от вискозы фартуки. Чтобы легче дышалось, прикрывая рот и нос, перевязывали лица платками. Похожая обстановка была в остальных цехах. Мои подруги не выдержали, уехали. Я осталась». Вот записи из дневника Д.И. Рохлина: «18 мая 1940 г.: егодня светит весеннее солнышко на все 100 градусов. День отдыха. Пьяных пока ещё нет. Люди только торопятся идти в очередь, да молодёжь вечно спешит. Дети несут из поля массу цветов. Сами весёлые, счастливые и такие же свежие, как цветы. Их жизнь впереди. Они живут настоящим и мечтают о будущем. Прошлое им не интересно. В Бельгии идут страшные бои. Сколько гибнет людей, молодой силы? Сколько семейств потеряют сыновей, отцов? К чему, зачем эти войны? Разве мало гибнет народу во время эпидемий, благодаря своей халатности, неосторожности, хулиганства, невежества, лени, грабежа, самоубийств? 22 мая 1940 г.: Сейчас сижу за столом, и с левой стороны свесила листья на меня финиковая пальма. Какой- то “умный” человек распорядился на Владимирском вокзале с сидевших Г.Г. Гапонова Д.И. Рохлин
14 НЕЛЁГКИЕ ВОЕННЫЕ ДНИ под пальмой брать дороже за требуемые обеды. Таким образом была собрана сумма, затраченная на эту пальму. До чего люди не додумались! Вчера в очереди за хлебом... Подходит мальчик получить буханку к прилавку, снял с себя картуз, надел его на кулак и требует: “Мне буханку и вот этому”, - показывает фуражку на кулаке, поднятую на уровень прилавка. Недавно хоронили во Владимире старуху, у которой обе руки были исписаны номерами, которые ей помечали в очередях. Должно быть, не отмыли, или не мыли. Так с номерами и отправилась на кладбище. Теперь все дети во дворе играют в очереди, отпуская вместо продуктов песок, камешки. 7 июня 1940 г.: Сегодня я целый день стоял в двух очередях, за сырковой массой и за хлебом. Положительно верно то, что масса народа диктует настроение. В воздухе носится какая-то зараза, которая всякого раздражает, и в человеке сеет в очередях недовольство». А вот как рассказывал о предвоенном Владимире В.И. Крюков: «Страна мало производила, хотя и много строила и, главным образом, за счёт заключённых (в основном политических). Все промтовары были в дефиците, женщины ходили в ситчике. За галошами и валенками - огромные очереди. Записывались с вечера и несколько раз переписывались за ночь и утро, т.е. дежурили ночами. В 39 году в стране (имею в виду наш центральный район России) началось ухудшение продовольственного снабжения. Появился коммерческий хлеб. Отменили пятидневку. Зимой 39-го началась Финская война. В нашем посёлке (пос. им. газеты «Правда», который назывался позднее пос. Химзавода, сейчас это ул. Хирурга Орлова - прим, ред.) начали строительство ещё 2-х жилых кирпичных домов, но, возведя по два этажа, да и то не полностью, стройку заморозили. Посёлок был многонаселённый и коммунальный: в каждой квартире жило как минимум две семьи. Всего в посёлке проживало около 70 семей, в каждой было по нескольку человек детей - от 3-х до 7-ми. Говоря о нашем быте, могу добавить, что в посёлке у нас был шлакобетонный дом, где еду готовили на плитах, и два деревянных - там готовили в печах. Электроплитки тогда ещё почти не водились. В ходу были примусы, а у некоторых керосинки. Керосином торговали по определенным дням недели, а привозили его в бочках на телегах с лошадьми. На Клязьменском лугу до войны организовывались городские и деревенские гулянья. На луг ходили за щавелём, цветами, диким луком, ходили загорать и купаться. Ну, а в лес - за ягодами и грибами. Детство есть детство, и вспоминаешь его, несмотря на все невзгоды и недостатки, всё равно с радостью и умилением. Дома в посёлке Химзавода
Год 1941-й 15 В посёлке у нас, например, было своё футбольное поле, свои игры: лапта, чижик, городки, позднее построили гигантские шаги. В город летом приезжал цирк шапито с французской борьбой. Но речка Рпень и более далёкая Клязьма с лугом не могли быть заменены ничем, особенно летом». При наличии во Владимире очень хороших врачей разных специальностей, в целом здравоохранение вызывало много жалоб со стороны больных; отмечались недостатки и во время обсуждения отчёта заведующего горздравотделом И.М. Борисовского на сессии городского Совета в марте 1941 года6. Говорилось и о плохой врачебной дисциплине, и о плохом снабжении, и о плохом ремонте в больницах города, о недостатке медикаментов, белья, о недостаточном снабжении топливом. Относительно положения родильного отделения врач М.Е. Голубев заявил, что его надо либо переоборудовать, либо совсем закрыть. Рассматривались жалобы больных на плохое отношение врачей, которые рано выписывают недолечившихся пациентов, часто обращаются с ними «грубо и невнимательно». В городе плохо работала скорая помощь, не было здравпунктов на заводах. Горздра- вотдел предъявлял претензии к санитарной очистке города. Но, признавая все имеющиеся в здравоохранении города недостатки, на той же сессии было отмечено, что нельзя ко всем врачам отнести недостатки и жалобы больных: «У нас есть и хорошие врачи, так, например, врач Орлов, который всегда вежлив и чуток к больным». С именем этого врача читатель ещё не раз встретится на страницах предлагаемой книги. Так и жил наш город - с достижениями и недостатками, со своими радостями и печалями, с верой и надеждой на лучшее завтра... ЗА ДВА ДНЯ ДО НАЧАЛА ВОЙНЫ Как сделать Владимир лучше, чище, красивее, удобнее для жителей - об этом приходилось задумываться городской власти. За два дня до начала войны - 20 июня 1941 года на очередном заседании исполкома горсовета стоял важный для города вопрос: о создании нового парка7. Повестка дня была обширная, предстояло решить много вопросов, но одним из самых важных оказался вопрос о новом парке. Прошедшая зима была на редкость холодной: столбик термометра опускался иногда до - 39-40°. Ещё холодней была зима предыдущая, когда вымерзли владимирские сады. Погибли практически все яблони, груши; лучше сохранились вишенники, но и они пострадали. Уже имелось постановление горисполкома о запрещении вырубки в городе любых деревьев, в том числе и пострадавших от морозов. Ещё в мае было принято решение «Об охране и содержании зелёных насаждений». Учли все зелёные островки и взяли их на учёт как «особо охраняемые зелёные насаждения города». А их тогда пересчитать было легко: 6 ГАВО. Ф. Р-19. Оп. 1. Д. 1181. Л. 12, 12 об. 7 Там же. Д. 1183. Л. 8-10.
16 НЕЛЁГКИЕ ВОЕННЫЕ ДНИ городское кладбище на площади 10,02 га, Ямское кладбище8- 2,7 га, сквер «Липки» - 3,0 га, парк им. Пушкина - 2,1 га, площадь Свободы9- 0,98 га, Первомайский сквер10- 0,8 га, Козлов вал - 2,35 га, площадь около рабфака - 0,2 га - всего зелёные насаждения в городе занимали 23,46 га11. Город нуждался ещё в одном парке. Если раньше, в середине 1930-х годов, говорили о создании обширного парка в Залыбедье, то сейчас решили использовать более близкую к центру площадку и обустроить территорию Козлова вала. Именно об этом 20 июня 1941 года и собрались говорить члены горисполкома, обсуждая инициативу отдела благоустройства, который предложил создать на Козловом валу «Парк коммунальщиков»12. Когда-то здесь существовал сквер с зелёными насаждениями, часть которых, как видно из списка, ещё сохранялась. Решили не просто восстановить прежние насаждения, а подарить горожанам настоящий парк. Инициативу рассмотрели и приняли постановление, при своевременном исполнении которого уже текущим летом город обогатился бы новым зелёным уголком отдыха. Предполагалось территорию Козлова вала расширить на 1265 квадратных метров за счёт изъятия части земли у домовладельцев на улице Летне-Пе- ревозинской, выдав хозяевам отрезаемой земли компенсацию, так как они уже высадили на ней овощи. Отдел коммунального хозяйства должен был сделать ворота парка, оборудовать танцевальную площадку. Другим организациям города тоже давались задания: на изготовление скамеек, читальни, на устройство эстрады для оркестра. Контора «Стройтехмонтаж» вместе с водоканалом должна была обеспечить подведение воды, построить бетонный резервуар и установить фонтан. На части земли, отбираемой у домохозяев улицы Летне-Перевозинской, предполагалось оборудовать детскую площадку. В новом парке должны были открыть ресторан. На заседании утвердили и штат в составе семи человек. На следующем заседании собирались заслушать план работы нового парка... Ещё многие другие решения принимались на заседании горисполкома 20 июня 1941 года. Премировали лучших учителей города, обсуждали подготовку к новому учебному году, снова возвращались к вопросам благоустройства: приняли постановление о восстановлении зелёных газонов на улицах III Интернационала, Фрунзе и Большой Московской, а также о расширении Быковского проезда в связи с его мощением, о переносе ларьков, торгующих табаком, фруктовыми водами, лекарствами, - подальше от окон центральной библиотеки и клуба им. Молотова13. Город жил обычной жизнью... 8 Ныне территория, прилегающая к Казанскому храму. 9 Ныне Соборная площадь. 10 Ныне Никитский сквер. 11 ГАВО.Ф. Р-19. Оп1 .Д. 1182. Л. 154. 12 Видимо, создание этого парка требовало меньше усилий и затрат, чем ранее запроектированный «Залыбедский районный парк культуры и отдыха» на 45 гектарах. 13 Ныне «Центр культуры и искусства на Соборной».
17 Год 1941-Й 22 ИЮНЯ - «ТОТ САМЫЙ ДЛИННЫЙ ДЕНЬ В ГОДУ...» А мы смеялись, мы ещё не знали, Что миновало царство тишины, Что пламенем объяты наши дали И на разлуку мы обречены. В. Шефнер Каждый человек, переживший войну, запомнил день, который провёл черту между прошлой жизнью и той, которая наступила 22 июня 1941 года. Жителям города о начале войны возвестил голос земляка - диктора Всесоюзного радио Юрия Левитана. Рассказать об этом дне предоставим самим владимирцам, которые тогда были детьми разного возраста. Г.А. Лебедева: «Мне не было ещё и 14 лет, когда началась Великая Отечественная война. Утром в солнечный воскресный день 22 июня 1941 года диктор Центрального радиовещания Юрий Борисович Левитан сообщил, что в 12 часов будет передано важное правительственное сообщение. Мы все насторожились. “Неужели война с Турцией?” - заволновался папа. Объявление войны с Германией было для всех полной неожиданностью. Ведь сравнительно недавно мы заключили с ней договор о дружбе и сотрудничестве, и к нам в Советский Союз приезжал министр иностранных дел Германии фон Риббентроп. Мама, увидев его портреты в газетах, сразу назвала его “хитрой Киской”. “Вот вам и хитрая Киска”, - сказала она после речи В.М. Молотова. В тот же день, 22 июня, было объявлено о мобилизации военнообязанных в 14 военных округах и введено военное положение в Европейской части страны». Г.А. Савкина: «В этот день мы с мамой пошли за покупками в центр города, в магазин, который Ю.Б. Левитан у микрофона Слушают заявление правительства о нападении фашистов на СССР
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4