126 НЕЛЁГКИЕ ВОЕННЫЕ ДНИ ницу) выслали в Башкирию. Хлопоты родственников, в том числе брата С.Я. Маршака писателя М. Ильина, позволили семье перебраться ближе к центру, во Владимир. До начала 1950-х гг. Р.М. Фрейзлер находился на положении ссыльного. Он заслужил уважение и признательность владимирцев, работая хирургом в больнице «Красный Крест», затем в областной, где некоторое время заведовал хирургическим отделением. Одновременно возглавлял медицинский пункт на Владимирском химическом заводе. В 1948 году Р.М. Фрейзлера вместе с матерью вновь выслали в Казахстан. В начале 1950-х годов они вернулись во Владимир, где вскоре оба скончались. Вместе с ним была выслана его племянница Ирина Шоофс. Она окончила среднюю школу во Владимире, работала в газете «Призыв», где в годы войны часто появлялись её корреспонденции. Позднее уехала из Владимира, получила образование, стала кандидатом филологических наук. Её родственники были полностью реабилитированы. При всём хорошем отношении городской власти к большинству ссыльных, этим людям приходилось регулярно отмечаться в соответствующих органах. Хлопоты о возвращении в Москву, о снятии судимостей откладывались до конца войны. Вот как об этом пишет М.М. Мелентьев: «Только что вернулся из НКВД, куда носил целое досье по делу “о снятии с меня судимости”. Помещается это учреждение в древнем Рождества Богородицы монастыре. Место молитвы на наше восприятие стало “страшным местом”. Но народ там по-провинциальному добродушен, или он обёртывается таким со мною. “Тов. Мелентьев, до окончания войны все эти дела, пожалуй, не будут рассматриваться”. - “Но я стар, ведь не доживу”. - “Ну, Вы герой”. - “Это верно, что я герой, но мне шестьдесят второй”»117. Люди этого круга общались между собой. Часто общими были воспоминания о прошлом. «Вчера посидел у меня проф. Н.П. Сычёв, бывший директор Русского музея», - записывает в дневнике М.М. Мелентьев. - Мы встречались с ним на М[едвежьей] Горе. И вот он вчера рассказал мне свою историю с 1936 года. Что Одиссей с его странствованиями и приключениями! Всё это меркнет перед тем, что испытал и пережил этот человек. Перед тем, что может дать наша действительность»118. К концу войны во Владимир начали возвращаться люди, которые оказались оторванными от родного города событиями начавшейся войны. Владимир, в их глазах, был спокойным тыловым городом, хоть жизнь в нём и была нелёгкой. Вот судьба одной из владимирских семей, о которой рассказала Л.А. Сибирёва: «В мае 1944 года наша семья вернулась во Владимир, на родину. Начало войны застало нас недалеко от Бреста, в военном городке, где служил мой отец. Мы приехали к нему за две недели до начала войны. Эвакуироваться никто не смог. Отец ушёл со своей частью, а мы - мама и пятеро детей - ушли в деревню. Там мама работала на местных 117 Мелентьев С.С. Ук. соч. С. 407. 118 Там же. С. 434
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4