бивая, воодушевленная полным сознанием своей обаятельной силы над мужчиной, чуждая девственной стыдливости и женственной застенчивости московских боярынь, вольная в обращении - она соединяла в себе женскую страстность с демонским даром очарования своей дивной красотой. Черты ненаглядного ее лица дышали всей юной прелестью восемнадцатилетней белокурой краеавицы, только как бы явившейся для роскошной неги и палящей жажды сладострастия. Воспитанная в семье ее отца и вдовца дяди, людей западных понятий, Елена, без сомнения, усвоила себе от родных иноземные понятия и обычаи. Вероятно, кроме личной красоты и привлекательного вида, своими свойствами, представлявшими новизну для великого князя или напоминавшими ему его мать-иностранку, пленила Василия. Елена верила в свою звезду и она для нее не померкла.., сияя все более и поднимаясь все выше и выше в глазах влюбленного в нее Василия, Елена пренебрегала в виду этого искательствами, и быть может приглянувшихся ей молодцов-удальцов, красавцев, сыновей князей, да сыновей бояр-богачей. Василий, склонный к усвоению вкрадывавшихся обычаев запада и вследствие удалявшейся давным-давно от него молодости, начал также щеголять перед Еленой, о ней источников в литературе русской и польской, и вообще скудность сведений о ней, ее отце, семье до въезда в Московское государство. На ненапечатанном списке (лист 21) рукописи, принадлежащей Синодальной (бывшей Патриаршей) библиотеке, писанной полууставом XVII века (в лист на 625 листах, начинающейся 1535, заканчивающейся 1567 г.) изображение: «великая княгиня Елена Васильевна и малолетний великий князь Иван IV - выслушивают наветы на Старицкого князя Андрея)). Снимок этого рисунка приложен ко 2-й книге Архива исторических и практических сведении, относящихся до России за 1859, издания Н.В. Калачева. 74
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4