ла, хотя все слышали, что правда писана, но все от страха не могли и единого слова вымолвить. И во истину, всемилостивейшая государыня, не токмо, что в том часе жалостно на нее было смотреть, которая писала, а ныне слезно помянуть, что все роптали о неправде, а едину страдать оставили, только Пульхерия по прочтении выдернула письмо, а госпожа Варсонофия Ефимовна без милости, воистину, била ее по лицу и по голове посохом своим. А случилось сие, государыня, в соборной церкви, данных о характере и роли госпожи Варсонофии Ефимовны Казанской, нельзя не добавить следуюего: Варсонофия пережила своего гонителя, царевича Алексея Петровича, сославшего ее в Успенский девичий монастырь в 1708 г., где она, как видим из этого документа, пребывала еще в 1737 г. и в продолжении 30-летнего в нем жития, как видно, не была чужда влияния на монастырский обиход, пользуясь даже значением, что становится понятным, тем более, что Варсонофия «грозит князем Иваном Юрьевичем», следовательно, была известным, сильным в мире сем в тогдашнюю пору. Существующий в прошении пропуск (что и заявляет издатель) не убеждает нас в одном, что можно легко предположить: не была ли Вар- сонофия и игуменьей? И таким образом, из опальной старицы стала «излюбленной» самой обителью игуменьей-госпожей! С гибелью ли гонителя перевернулось и житье-бытье? Или, быть может, игуменья, выбранная действительно по актам, как видно, бывшая в то время Митрополия, была под влиянием Варсонофии, застращавшей ее своими именитыми знакомцами, благодетелями в то же время и монастыря: а потому она так самоуправно и распоряжается в обители, не щадя своих рук и клюки. Игуменья надменно встречает замечание духовника, вмешательство канцеляриста духовных дел, словом, дает производимым действиям своим, как в пище сестрам обители, так и в казне монастырской, полнейший простор. Насколько имели значение Вареонофия и Митрополия не только в Успенском монастыре, но и в соседнем - Лукиановой пустыни, назначавшей из среды своей сестрам Успенской обители духовников и строителей, а также в то время и стряпчих, видно из того, что в Синодике Лукиановой пустыни на помин души, никто не внесены кроме Митрополии и Варсонофии Ефимовны Казанской. 231
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4