пенского монастыря, нередко отъезжавшим в Москву по служебным своим делам и подолгу проживавшим там на монастырском подворье, тем временем исполнявшим разные поручения по отношению к съестному продовольствию царевны - инокини и разнося ее письма, как к сестрам царевны, так и к боярам, управлявшим разными приказами -- свидетельствуют об искреннем отношении Марфы к сестрам. Царевна все недомогала, недужилось ей с первых годов заключения; внутреннее расстройство влияло на тучное телосложение, словом, у царевны стала появляться немощь, а затем последовательно осложняться в болезнь, тревожившую ее душевно, тем более, что, судя по письмам, Марфа была мнительна и трусиха. Кому поведать свое горе, как не кровной родне, а тем более, сестрам, от кого ближе, как не от них ждать сочувствия, помощи... И вот начинается ряд писем (сохранившихся в списках, да и то в отрывках) царевны-инокини Маргариты, прежде всего с теми из них, которые пользовались расположением царя, заискивая как бы их ходатайства перед ним, именно к своей сводной сестре, царевне Наталье Алексеевне, единокровной и единоутробной, и при том преимущественно любимой царя Петра сестре, имевшей на него влияние. «Свету моей милостливой сестрице, благородной царевне и великой княжне Наталье Алексеевне, сестра твоя монахиня Маргарита, Бога моля и челом бью, мно- голетствуй. свет мой сестрица, о Господе на многие лета милости от тебя, свет мой сестрица, прошу, пожалуй, радость моя, умилосердися Господа ради изволь приказать отпустить ко мне дохтура Лаврентия молодова28 28 Лаврентий Ринцберг, доктор, упоминается в сказании Адольфа Лизека о посольстве в Россию от Римского цесаря Леопольда к царю Алексею Михайловичу о 1675 г. (перев. с латинск. Торнаво176
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4