Нарышкиным и их радетелю, Матвееву, и тем от царевны Марфы и ее сестер, и их двора отодвинуты были их родня кровная по матери - Милославские и ближняя по теткам, Стрешневы. Выступили Нарышкины: братья молодой царицы взяты в комнату, сказаны окольничими, отцу ее и его радетелю Матвееву сказано боярство. Среди этих щедрот и повышений родне, и свойственникам царицы от влюбленного в нее супруга, которому она спустя год восторженной брачной жизни родила мощного ребенка - сына Петра, почти забыты были им дочери. Лучезарной радостью должно было для них быть объявление их отцом, царем Алексеем Михайловичем, наследником престола 13 летнего царевича Федора Алексеевича, своего старшего сына, а царевны Марфы и сестер единокровного брата... С этим совершившимся торжеством пала на мысль им дума о лучших днях, в ожидании которых царевна Марфа и походящие по возрасту сестры ее, теряя значение дочерей царя, рождением ему Наталией еще двух, а им сводных сестер - если не сами продолжали крамолить, вместе с родней по матери, Милославскими, бессильной злобой против мачехи, с которой браку их отца предшествовали подметные письма в сенях и проходах и запугивающие слухи во дворце, то все же вторили этим бессильным козням против ввода в их государеву семью всегда ненавистной дочерям мачехи. Пересудам, сплетням, шепоту не было конца в их девичьем тереме. Могло ли столь важное событие не быть там предметом оживленного о нем говора и усиленного ропота, когда малейшая случайность во дворце, на ца- рициной и вообще женской половине, была свежей новостью и порождала ряд заманчивых догадок и любопытных опросов. Да и чем было там заниматься увядав145
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4