ны в одно торжество. Случалось, что именины царевны праздновались особенно в день ее крещения 4-го и даже, иногда, 5-го сентября, так: «в 1653 г, 4-го сентября царь праздновал мученице Марфе... и жаловал бояр, окольничих и думных людей пирогами... и стол у государя был в передней избе», а «в 1667 году 5 сентября праздновал великий государь ангелу государыни царевны и великия княжны Марфы Алексеевны... имянинными пирогами жаловали, а стола не было»... Вес эти мелкие подробности важны в том отношении, что они показывают всю ничтожность роли, какая вообще в царской семье выпадала царевнам с самых малых лет: новорожденный царевич, столь желанный наследник престола, со дня своего рождения отвлек от своих сестер внимание царя и царицы, родившей опять в 1655 году 23 января дочь Анну. Подрастала царевна Марфа в затишье царских теремов, оберегаемая «в здравии» попечением Ульяны Петровны Шереметьевой, и бесследно текли дни и годы... Царевна стала выходить из младенчества, настала пора приниматься за грамоту, перейти из устного слова утренних и вечерних молитв к непосредственному чтению часослова и псалтыри, наряду с азбукой. Учительницей Марфы была некая Авдотья Пыпина, обучавшая царевну грамоте, которой в то время во дворце учили царевен в позднем детском возрасте, царевичей начинали с шести лет - «зачало вдавати отрачам в поучение чести книг божественного писания». Трудно предполагать, чтобы на тогдашнее образование царевны Марфы имело какое либо влияние известный ученый инок Симеон Полоцкий, которое позднее он оказал над ее сестрой, Софьей (родившейся 17 сентября 1657 г.), бывшей моложе Марфы на 5 лет; так что, когда Симеон Полоцкий был призван в 1667 г. царем Алексе136
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4