брата своего, князя Старицкого Андрея Ивановича. Хотя в эти три года и езжал в осеннюю пору к чудотворной памяти (25 сентября) в Сергиеву обитель, в летописях читаем иод «1040 (1531 г.) сентября в 12 день князь великий поехал к Троице в Сергиев монастырь в день чудотворной памяти помолиться с великою княгинею Еленою и сыном своим князем Иоанном сентября в 17 день, в неделю и оттоле на свою царскую потеху, на Волок, в Можайск, в Москву прибыл ноября в 19 день. (Карамз. Истор. Гос. Росс. VII, пр. 383; Рус. Лет. по Ник. Спис. ч. VI, 241). Казалось, так близко бывши, можно бы завернуть в Слободу. Через год, как бы мельком, заглянул он в Слободу, но, без сомнения, с облюбованным великим князем новым конюшенным - князем Иваном княж Федоровичем Овчиной-Телепневым Оболенским, которому «сказан» был в тот год (1532) этот важный первостатейный чин. О побывании этом летописи свидетельствуют: «В лето 7040 (1532) сентября 22, в неделю, выехал князь великий с Москвы в Сергиев монастырь к чудотворной памяти Сергиеве помолиться, а оттоле был в Слободе, а на Москву приеде октября 3 (Поли. Собр. Рус. Лет. VIII, 280; Карамз. Истор. Гос. Росс. VII, пр. 383; Рус. Лет. по Пик. Спис. ч. VI, 250). Княгиня не сопутствовала ему, так как ходила в том месяце последние дни своей беременности другим детищем; а потому и торопился «к жене своей Олене», о здоровье которой «крепко держал весть» и о «Иване сыне, как его Бог милует», князь великий из Слободы, отпраздновав по обычаю своему ее сельский и престольный праздник в слободской церкви - Покров день (1 октября), через день прибыл в Москву. Покидая Слободу, чуяло ли сердце Василия, что это его побывание в ней было последнее. Минуло почти двадцать лет с той поры, как ее князь великий своей усадьбой облюбовал и стала Слобода те118
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4