63, С h'pt»Вл). ! ВЕЛИКАЯ Й СЛОБОДА й
> $ ё4 Александровский художественный музей Историко-краеведческий клуб "Отечество" Л .С . СТРОГАНОВ ВЕЛИКАЯ СЛОБОДА Краеведческие исследования истории земли Александровской с древнейших времен до начала XVI в. г. Александров 2001 г.
Книга представляет собой краткую историю земли Александровской с древнейших времен и рассказывает о происхождении волости Великой Слободы, ее местонахождении, о проживании людей, а также об истории Нового села Александровского, до того как она была переименована и преобразована в опричный Слободской стан в середине XVI века. Может служить пособием для учителей истории и географии средних школ, а также для тех, кто интересуется историей нашего края. Рецензент Ю. Г. Алексеев, доктор исторических наук, профессор Санкт - Петербургского университета. Ответственный редактор Е.Н. Усанов. Редактор В.Я. Алешин. Компьютерный набор И.Ю. Барков. Корректор Т.М. Токарева. Художник О.Н. Фомина.
Отзыв о трудах Льва Сергеевича Строганова, посвященных истории г. Александрова и его района. Уже в течение ряда лет Л.С. Строганов занимается историко-краеведческим изучением города Александрова и его района. Результат исследований - очерки, охватывающие период с древнейших времен до конца XVIII в., и исторические карты, составленные автором. В своей работе Л.С. Строганов проявил себя как настоящий энтузиаст-исследователь. Очерки его опираются на обширный, тщательно изученный автором материал - археологический, рукописный и печатный. Л.С. Строганов открыл много новых фактов, связанных с прошлым населенных мест около г. Александрова, определил основные этапы зарождения, создания и развития самого города - в прошлом Слободы. Ценная особенность очерков в том, что автор не замыкается в рамках узкокраеведческой темы, а рассматривает историю Александрова и его окрестностей в 3
широком контексте истории всей Русской земли. Значение такой работы трудно переоценить. Л.С. Строганов внес свой вклад не только в местное краеведение, но и в историко-географическую науку в целом. Культурно-просветительное значение трудов Л.С. Строганова особенно велико в наши дни. Не зная истории, никто не может быть сознательным гражданином своей страны. Многие беды и ошибки сегодняшнего дня проистекают именно от незнания дня вчерашнего, от отсутствия или недостатка национально-исторической памяти. Возрожение великой Российской державы немыслимо без преодоления этого общественного беспамятства. Труды местных историков-краеведов имеют в этом плане неоценимое значение. Работы Л.С. Строганова по частям публиковались в местной печати, с некоторыми итогами его исследований широкая научная общественность России знакома по его выступлениям на конференциях и симпозиумах. Однако очерки Л.С. Стрганова заслуживают издания в виде отдельной книги. Книга Л.С. Строганова несомненно вызовет интерес у читателей и явится заметным шагом в распространении знаний о прошлом нашего Отечества. Со своей стороны рекомендую книгу Л.С. Строганова к печати. Доктор исторических наук. Профессор СПБ университета. Ведущий научный сотрудник СПБ филиала Института Истории России Российской Академии Наук Ю.Г. Алексеев 28 декабря 1993 г. 4
Памяти первого краеведа земли Александровской Николая Семёновича Стромилова посвящается От автора Волость с таким названием находилась в центре нынешнего Александровского района Владимирской области. Впервые Великая Слобода встречается в актах начала XV века в данной грамоте с отводом 1433 года на отчину боярина А. В. Лыкова село Зеленцыно с деревнями Стефано - Махрищскому монастырю (Акт 1)1. В том же году игумен монастыря Феогност получил на эту землю жалованную несудимую грамоту от великого князя Юрия Дмитриевича Звенигородского (Акт 2). Последнюю из этих грамот извлек в прошлом веке из архива Троице - Сергиевой Лавры наш первый краевед Н. С. Стромилов, где они хранились под № 531 по Махрищь- скому монастырю. Кроме этих грамот он ввел в научный оборот еще одну жалованную грамоту за 1506 год, когда во владениях монастыря в волости было уже помимо села Зе- леницыно село Юрцово с деревнями и починками (Акт 20). В первой книге по Александровской Слободе, посвященной ее истории до Грозного, Великой Слободе он отвел почти главу. (Л. 24, стр.12-43)2. В начале ученый-краевед склонен был считать ее волостью, но не найдя данных в актах, подтверждающих это, предположил, что Великая Слобода являлась особым ве - ликокняжеским поселением. По его мнению, оно занимало Акт 1—акт взятый из указателя актов 2. Л.24—литература из указателя литературы 5
довольно обширное пространство, раскинувшись вдоль Слободской дороги, от села Старая Слобода до села Ка- ринского и вдоль реки Серой до самого села Зеленицына. Свою точку зрения Н. С. Стромилов аргументирует местными преданиями, которые гласят, “... что эта слобода была так велика, что приселки ее доходили до Новой Слободы Александровской и даже до ныне существующего села Каринского”. Эти предположения позволили Н. С. Стро- милову считать Слободу “Великой” из - за обширных размеров, и даже, что она, принадлежавшая великому князю, “Великая” по своей значимости. Он подкрепляет эту версию фактами из актов и духовных грамот великих князей. Например, он приводит Великую Слободу Звенигородского уезда (И.4, № 1, стр.7) , упомянутую еще Иваном Калитой, также указывает Слободу Великую на реке Ваге, «отчину великих государей, из стари оброчную» (Л.24, стр.14), и соседнюю с нами Маринину Слободу, принадлежавшую великой княгине. Другую составляющую топонима “Слобода” Н. С. Стромилов объясняет тем, что в древнюю пору слободой называлось поселение, жители которого пользовались какими - нибудь особыми облегчительными льготами. “Таковыми были, - пишет краевед, - слободы бобровников, слободы рыбных ловцов, слободы сокольников и тому прочие”. Такое объяснение могло быть до появления фундаментального исследования выдающегося историка академика С. Б. Веселовского, издавшего труд “По истории и происхождению сельских слобод XIV - XVI веков” (Л.5, стр.7-31, стр.201-204). Располагая всего двумя - тремя актами по Великой Слободе в Переяславском уезде, замечательный исследователь истории земли Александровской Н. С. Стромилов, 100-ле3.И.4—источник,взятый из указателя источников тие которого мы отметили в 1995 году, сделал блестящие 6
по тем временам выводы о происхождении Великой Слободы. Сегодня имеются все возможности на новейших исследованиях ученых и на базе изданных в 50-х годах нашего времени актов XIV- XVI веков значительно расширить представление о волости Великой Слободе в Переяславском уезде. Александровским краеведам, использовавшим труды Н. С. Стромилова, обогатить бы его выводы и пополнить их новыми изданными актами, документами и трудами современных ученых. Однако М. Н. Куницын в своем историческом очерке “Александровская Слобода” (Ярославль, 1968) (Л. 12, стр.8) вместо этого в главе, посвященной происхождению Нового села Александровского заявил, “... что в начале XVI века Великая Слобода исчезает из исторических актов”, а в довершении этого заключает: “возможно, что пожар уничтожил Великую Слободу, а с ней и название”. Автор путеводителя “Александров” (Ярославль, 1984) (Л.26, стр.8) П. И. Хмелевской Великую Слободу без доказательства назвал волостью, но повторился, как и М. Н. Куницын, заявив, что в актах она встречается только до XVI века, а саму волость смели пожары разорительных набегов татаро-монгольских или княжеских междоусобиц. Откуда взялись в Московской Руси татаро - монголы и княжеские усобицы в начале XVI века, можно только догадываться. Ни того, ни другого, да и пожара такого, чтобы волость сжечь, не было и не могло быть. В результате последователи Н. С. Стромилова вопрос о происхождении волости Великой Слободы и ее истории в XIV - XVI веках, где она встречается вплоть до 1571 года, загнали в тупик. В отличие от своих последователей, писатель истории земли Александровской, краевед Н. С. Стромилов широко использовал архивы Троице - Сергиевой Лавры и многих других монастырей, имел в личном архиве некоторые рукописные экземпляры древних актов и все изданные к его времени сборники актов. Однако основной пакет ак7
тов по истории волости Великой Слободы находится в патриарших архивах Синодальной библиотеки, теперь изданных. (И.3). По какой причине наши краеведы не смогли воспользоваться архивами этой библиотеки? Трудно понять. В исследование истории и происхождения волости Великой Слободы мною вовлечено не три акта, как это было у Н. С. Стромилова, а более трех десятков документов, два из которых являются выписками из писцовых книг по Переяславскому уезду конца XV - начала XVI веков. (И.З, № 22,23). Результаты исследований позволили прояснить границы и составить карту волости, а топонимический анализ карты помог понять процесс заселения запустевших от татарского разорения земель края в XIV столетии слободами и затем образование здесь волости Великой Слободы. В своем исследовании мне пришлось руководствоваться капитальными трудами академика С. Б. Веселовского, докторов исторических наук Ю. Г. Алексеева, С. М. Каштанова, В. А. Кучкина, А. А. Зимина, Е. К. Колычевой и других ученых, в той или иной мере использовавших актовый материал по истории волости Великой Слободе в своих трудах. Выношу искреннюю благодарность Ю. Г. Алексееву за рецензию и постоянные консультации, а также С. М. Каштанову за консультацию в работе над картой. •
Глава 1. Древняя земля Александровская. Наши далекие предки. С первых строк русской летописи мы попадаем в исторический период земли Александровской. В "Повести временных лет", составленной монахом Киево-Печерокого монастыря Нестором, читаем: "На Белоозере сидять Весь, а на Ростовском озере Меря, и на Клещине (Переяславком) озере Меря же. А на Оце реке, где потече в Волгу, Мурома...а се суть инии, иже дань дають Руси". Все эти места знакомы нам со школьной скамьи, а два озера: Ростовское (Неро) и Клещино (Плещеево), где, по словам Нестора, жило угро-финское племя Меря ,- наши родные места. О племенах финского происхождения, обитавших на северо-востоке Европы, знал еще в I -ом веке римский историк Тацит, а латинский историк VI века Иордан в истории о так называемой империи Германариха впервые называет их поименно, упоминая среди них и Мерю. Скудные летописные сведения о мерянах дополняют исследования археологов, языковедов, историков и антропологов. По мнению ученых, угро-финские племена, в том числе и меряне, пришли в наш край в XII веке до нашей эры с юга Урала, а финский археолог Кастрен находит корни этих племен даже на Алтае. (Л.11, стр.12). Это было мирное племя, которое вело оседлый образ жизни и под 9
натиском кочевых племен Востока отходило все дальше и дальше на север. Селились меряне на берегах рек и озер, где водилось много рыбы. Кроме рыболовства они занимались охотой, бортничеством и скотоводством. Жили они в бревенчатых домах прямоугольной формы, углубленных приблизительно на полметра в землю. На земляном полу размещался очаг из валунов, обмазанных глиной. Свои жилища меряне топили "по-черному", не знали гончарного круга и глиняную посуду изготовляли вручную. Использовался в быту и металл: железные ножи, наконечники дротиков и копий, украшения из бронзы. Широко применялись кости рыб и животных: костяные наконечники стрел, гребни, иглы, проколки, пуговицы и многое другое в больших количествах находят археологи в их погребениях. Там же постоянно встречаются и предметы культа, нередко в виде украшений и шумящих подвесок, призванных отпугивать злых духов. (Л.11, стр.11). Меряне одухотворяли все, что окружало их: воду, лес, отдельные деревья, животных и, прежде всего, медведя - по их мнению, хранителя дома и очага. Амулеты из зубов медведя и даже его лапы - частые предметы в мерян- ских захоронениях. Любимое лакомство медведя - мед. Этот продукт промысла мерян, несомненно, назван ими, и слово позднее перешло в наш язык. Взглянув на карту края, вы найдете на ней названия с этим корнем: реки Медвянку и Медведицу, Медвежьи горы, село Медведково под Москвой, в нашей области села Медведево и Медвед- цево. Наш край нередко называли "медвежьим углом", а герб Ярославля украшает изображение медведя. Из глубин веков дошел до нас в русских народных сказках очеловеченный мерянами образ медведя. Так же вы найдете названия и с корнем "мер": Мери- дово, Мериново, Мервидово в Переяславль-Залесском районе, реки Ючмерку, Шушмерку, Шушмер и селения Юч- мер, Шушмерово, Шумерово, Чимерино, Тимерово и т.п. А 10
если учесть, что на Руси часто буква "Н" заменяла букву "М", то найдете названия с корнем "нер": озеро Неро в Ростове, реки Нерль Волжская и Нерль Клязьминская, селения Нерехта, Нераж и др. (Л.11, стр. 29). Славяне, ближайшие соседи мерян, находились на более высокой ступени развития. Они были хорошими земледельцами, широко использовали в своем быту металл, глиняную посуду изготовляли на гончарном круге, торговали со странами Запада, Севера и Юго-Востока. Там их знали как свободолюбивое и воинственное племя. Византийский историк VI века Прокопий из Кесарии писал: "Эти племена: славяне и анты, не управляются одним человеком, а издревле живут в народоправстве, и поэтому у них счастье или несчастье в жизни считается делом общим". Иначе отзывается о славянах Иордан: "они ныне по грехам нашим свирепствуют всюду". VI век для будущей Руси, вероятно, был переломным. Освобождаясь от влияния готской империи Германариха (Германия IV - VI веков), они доказывали свою независимость и Византии. Своих соседей из угро-финских племен славяне называли одним общим именем - Чудь, а их жрецов, в отличие от своих волхвов, именовали "чудесниками" (кудесниками). Отсюда в русском народном эпосе представление о землях Волго-Окского междуречья как о "стране чудес", волшебства и неведомой магической силы. В сказках все животные, деревья, реки, солнце и луна в той стране говорят и мыслят по-человечески. Эти предания говорят о том, что отношения славян и мерян были добрососедскими, главным образом, по причине мягкого характера меряя. Иордан в своих сочинениях называет угро-финов "самыми кроткими племенами" из числа покоренных Германарихом. Теснее всего с мерянами были связаны ильменские словене из Новгорода. Их однодревки и струги часто бороздили воды рек бассейна Волги, а речной путь из Новгорода в хлебную Булгарию значительно сокращался, если 11
суда из Волги поворачивали в Нерль и шли вверх до Кле- щина озера к мерянам на волок, где они переходили в другую Нерль - Клязьминскую, а затем по Клязьме снова попадали на Волгу. Как земледельцы - словене не могли не заметить плодородие берегов Нерли и "страна чудес" казалась им "райским уголком". Малоплодородная почва Новгородской земли вынуждала жителей покидать свой край, и часть новгородских славян переселяется в эти места. (Л.11, стр.47). Некоторые историки пытаются найти следы упорной борьбы мерян против колонизации славян. Но ни исторические источники, ни археологические данные не подтверждают этого. Скотоводам -мерянам нечего было делить с земледельцами-славянами. Даже наоборот, более высокая культура последних, внедряясь в мерянский быт, сближала их и положила начало формированию великорусской народности. Ученые находят этому массу доказательств. (Л.11, стр.49). Религия славян была более конкретной. У них имелся целый пантеон богов со своей мифологией и именами: Перун - бог войны, грома и молнии, Сварог - бог огня. Велес - бог и покровитель скота, Мокоша - покровитель женщин и детей, Ярило - бог солнца. Меряне охотно поклонялись богу скота Велесу, и ученые затрудняются определить, от какого племени произошли названия селений Волосово, Велесово и т.п. Знали меряне и Ярилу. В нашем крае существовало множество капищ - мест поклонения этому богу. В текстах древних актов находим названия урочищ с этими именами: Ярильцевская земля села Зеленцына на левом берегу речки Черной, Ярилина плешь на Александровой горе над Плещеевым озером в Переяславле- Залесском и т.д. В свою очередь, славяне стали почитать и мерянских богов. Смешение языческих поверий легко усмотреть в национальном костюме, прикладном искусстве, эпосе и фольклоре нашей местности. (Л.20, стр.9). 12
Сложнее с изучением мерянского языка. Языковеды полагают, что он не исчез бесследно, его следы остались на карте. В этом легко убедиться, сравнивая "непонятные" для нас географические названия со словами близких к ме- рянскому финского и марийского языков. Название притока Молокчи речки Печкуры состоит из двух финских слов: "пес" - мыть, размывать, и "кура" - грязь, что в итоге обозначает "размытая грязь". Слово Нерль означает "болотистая". Река Ока получила имя от финского слова "иоки" - река. Марийское слово "керж" - серьга - соответствует названию нашей реки Киржач, слово "нюч" - вязкий - р. Нюньга, "бакш"(мельница) - селу Бакшееву, "ир"(дикий) и "ки"(камень) - селу Иркову. От слова "шерн" (тальник) в нашем крае происходит целый ряд названий рек, берега которых в древности сплошь заросли тальником. Это реки Шеренка, Шернога, Шорна, Шередарь и Шерна. Последняя сохранила свое прежнее название лишь в нижнем своем течении, после впадения в нее реки Молокчи, а название истоков со временем славянизировалось. В древности она, вероятно, называлась Серна (искаженное слово Шерна), в недалеком прошлом - Сера, а в наше время Серая. (Л.20, стр.9). Языковеды, анализируя марийский, другие угро- финские языки, а также древнерусский с говорами Киева, Смоленска и Новгорода, откуда переселялись славяне, обнаружили, что смешение этих языковых пластов в конечном счете образовало тот неповторимый говор Владимиро- Суздальской Руси, ставший основой современного русского языка (Л.11.стр. 15). Свой вклад в исследование мерян- ских племен внесли и антропологи. Известный скульптор М. М. Герасимов по черепу мерянина воссоздал облик нашего угро-финского предка. Большие изменения происходят во второй половине IX столетия. Летопись под 854 годом сообщает, что новгородские словене и смоленские кривичи вместе с угро13
финскими племенами Чудь и Меря платили дань варягам. Спустя пять лет они восстали против "варяги и изгнаша их за море и начаша владети сами собе и городы ставити". Так стали появляться в Залесском крае города: близ озера Клещина мерянского - Переславль Старый, на реке Яхроме - Вышгород, на реке Шерне - Шеренск, там же Корзенев и др. Из "Повести временных лет" мы узнаем, что в походе новгородского князя Олега на Киев участвовали и меряне. В 907 году они идут с Олегом на Византию. В этой победной экспедиции русские воины, по преданию, применили исключительно дерзкий в военном отношении тактический прием. Русская флотилия кораблей "числом 2000" встретила на подступах к Царьграду армию императора. "И повеле Олег воям своим... корабли изврещи на брег... колеса из- делати и вотавити корабли на колеса; бывшу покосну ветру, въ-спяша паруси, через поля на колесех идяху ко граду по полю с силою многою". Мерянским воинам из Залесья, участвовавшим в этом легендарном походе, такой выход из положения, вероятно, был не в диковинку. Не таким ли образом, на колесах, переправляли они новгородские струги из одной Нерли в другую у себя на Клещинском волоке? Первое заселение края В результате победоносного похода на Царьград в 907 году русские купцы получили возможность вести торговлю на рынках Византии беспошлинно. Восточные писатели X века рисуют нам русского купца, торгующего не только мехами, медом, воском и прочим товаром, но и челядью. Византийские рабовладельцы высоко ценили "живой товар" русских купцов. Расцвет экономического благосостояния Киева тех времен связан с обогащением правящей верхушки. Алчные аппетиты князей и их дружинников росли в непомерных поборах дани и продаже своих 14
соплеменников. Эти обстоятельства, а также постоянные разорительные набеги кочевников и усобицы князей вынуждали сла- вян-земледельцев покидать свой плодородный край и уходить далеко на север, за Брянские леса в древнее Залесье. С верховьев Оки, Западной Двины и Днепра сюда переселяются вятичи, кривичи, радимичи и др. Отсюда и названия селений нашего края: Вяткино, Кривицы, Радилово. (Л.20, стр.10). Трудолюбивый землепашец, покидая родные места, брал с собой немногое: нехитрый скарб, горсть семян и память о родных краях. Так появлялись в наших землях селения с названиями Весь, Вески, Взвоз, Полувзвоз, Пу- тилово, Подвязье, Ратьково, Свеславль или Числавль. Вокруг них овраги, ручьи, реки и речки тоже получали близкие переселенцам названия, напоминавшие им о старой родине: Бачевка, Богана, Краинка, Каменка, Лыбедь, Тру- беж, Почайны и т.д. На новых местах поселенцы расчищали лес, ставили дворы и деревни, именовавшиеся у них “весями”, возделывали землю и оставались навсегда. Здесь им приходилось в буквальном смысле отвоевывать каждый участок пахотной земли. На этом этапе преобладала подсечно-огневая система земледелия. Первоначально деревья подсекали и давали им засохнуть, а на другой год их сваливали к центру делянки и поджигали. В перемешанную с золой землю сеяли зерно. Два-три года на этом участке получали хорошие урожаи, а рядом готовили новый участок земли вокруг двора-хутора. Через несколько лет круг замыкался и вновь приходилось расчищать первый участок. По этой причине деревни чаще всего были однодворными и располагались друг от друга в нескольких сотнях метров. Набольшая округа имела свой укрепленный городок, куда в случае опасности жители укрывались от неприятеля. Таких городков в нашем крае было множество. В настоящее время известны городища "Зо15
лотая чаша" близ деревни Антонка, "Беляева гора" неподалеку от деревни Гидеево, «Красный городок» на противоположном берегу реки Богоны (ныне Большой Киржач) у деревни Шимохтино и "Кандалиха" на Малом Киржаче. Как правило, эти городки устраивались в развилке глубоких оврагов, на дне которых текли ручьи, и отгораживались искусственным рвом такой же глубины, который нередко заполнялся водой. Полученный треугольник вмещал городок, защищенный помимо этого и высоким земляным валом. (Л.20, стр.10-11). На Руси издревле существовало поверье, требующее оберегать от злых духов имя, данное ребенку при рождении. Поэтому в повседневной жизни чаще пользовались прозвищами. Оно точно определяло характер человека, его особенности и умение владеть приемами земледелия. Нередки были такие прозвища, как Дергач (ловко дергал лен), Тресей (тряс, теребил лен), Сноп (быстро вязал снопы), Топорок (хорошо владел топором на расчистке леса) и др. Отсюда и названия деревень Дергачево, Тресеево, Снопо- во, Топориха и т.п. Участок леса, обработанный подсечноогневым способом, именовался гарью. Зачастую именно на нем и ставили деревню. Так появились названия селений Горелое, Погорелка, Пеньево (от выкорчеванных пней). Эти названия сохранялись в Александровском районе до Октябрьской революции. В частности, укажем на две деревни Погорелка. В 1930-е годы их сочли неприличными и одну из них переименовали в Ягодную, а другую в Дубки. (Л.20, стр.11). В X веке в Киев вместе с заморскими товарами из Царьграда начинает проникать и христианство, провозглашенное в 988 году официальной религией. В Залесье об этом узнали от бежавших сюда киевских волхвов и жителей, не принимавших новую веру. Следом пришли и проповедники с княжеской дружиной. Если Новгород крестили "мечом и огнем", то население Ростова приняло христи16
анство "скрепя зубы". Киевский верховный жрец Перуна Богомил бежал, по легенде, в муромские леса. В народных былинах его знают как Соловья-разбойника. Многие волхi Г i"di 17
лотая чаша" близ деревни Антонка, "Беляева гора" неподалеку от деревни Гидеево, «Красный городок» на противоположном берегу реки Богоны (ныне Большой Киржач) у 16
анство "скрепя зубы". Киевский верховный жрец Перуна Богомил бежал, по легенде, в муромские леса. В народных былинах его знают как Соловья-разбойника. Многие волхвы и мерянские кудесники ушли в леса и еще долгое время там, в лесной глуши, сохранялись капища, места поклонения языческим богам, как, к примеру, Ярильцево близ Зе- ленцына. Существует предание, что часть мерянского населения ушла от новой веры к мордве, где она получила название черемисы, а сама себя называла "мари". (Л.11, стр.29). Христианство укоренялось в крае сложно. Первоначально с княжеской дружиной в Ростовскую землю прибыли греческие проповедники, но они вскоре покинули эти места. Затем сюда прибыл монах Киево-Печерского монастыря Леонтий, старавшийся привлечь население великолепием храмов, торжественностью службы. Но кудесники и волхвы имели еще огромное влияние и Леонтий был убит. Его преемники повели решительную борьбу с язычеством. Она сопровождалась установлением феодальных ^ отношений, что вызывало протест местного населения. ^ В 1024 г. в Залесье вспыхнул "мятеж великий", котоws* рым руководили, пользуясь недовольством жителей, волх- -0 вы. Слух об этом встревожил князя Ярослава Мудрого. В Ростов он посылает своего юного сына Всеволода, а в помощь ему дает варяга Шимона с дружиной. Когда Всеволод становится великим князем, Шимон по-прежнему рядом с ним, и по свидетельству летописца князь его "в чести имяше". Его сын Георгий Шимонович унаследовал от отца должность ростовского тысяцкого - главного исполнителя воли князя Владимира Мономаха, а в его отсутствие фактического правителя Залесья. Очевидно, именно ему принадлежала роль главного распорядителя при строительстве города Владимира на Клязьме и многих других городов Залесья. (Л.23, стр.12). ---------— ---- .... Представители этого боярского рода имели в крае 17 система
обширные земельные владения. Их следы прослеживаются по названиям сел: Шимониха - между Ростовом и Суздалем, Шимоново - на реке Малый Киржач (подсобное хозяйство АРЗ), Шимушино и Шимохтино на реке Богоне в нашем районе. (Л.20, стр.12). После смерти Владимира Мономаха между князьями разразилась усобица. Одной из причин раздора стала Ростовская земля, куда новгородский князь Всеволод Мсти- славич пытался посадить своего брата Изяслава. Этому воспротивился князь Юрий Долгорукий. Зимой 1135 г. Всеволод собрал рать и вышел к реке Кубрь. Войска новгородцев остановились на большой горе в ожидании ростово-суздальцев, которых вел сын Юрия Долгорукого Ростислав. Его большой полк, видимо, возглавлял Григорий Шимонович. Новгородцы ждали начала боя, но ростовцы не торопились, изучая обстановку. Затем в тыл врага они отрядили отряд Якуба Короба, а сами, выстроившись в боевой порядок, пошли в наступление. Новгородцы устремились на ростовские рати, которые, отступая, увлекли противника в долину реки Кубрь. Неприятель уже почти торжествовал победу, когда внезапно увидел в своем тылу отряд отважного Короба. Новгородцы были наголову разбиты, а Всеволод бежал с поля сражения. Го- ра, на которой они стояли, с тех пор именуется Жданной, а бой, происходивший в день памяти св. Иосифа Солунского 26 января 1135 г., летописцами был назван "Жданским боем". В память об этом событии на левом берегу Кубри, там, где теперь находится деревня Пустынь, был основан монастырей Осипова пустынь. (Л. 14, стр.24-25). Настоящим героем битвы стал Якуб Короб, вероятный родоначальник переяславских землевладельцев Коробовых, известным по документам при Иване Грозном и владевших до конца XVIII века землями в Александровском уезде. Этой фамилии принадлежали селения вокруг современного города Карабанова. Если учитывать, что в 18
древних документах оно именуется Коробановым, то легко можно выяснить, откуда произошло его название. (Л.20, стр.13). Виновник поражения новгородцев Всеволод Мсти- славич был изгнан ими из Новгорода, а Юрий Долгорукий окончательно укрепился в Суздальской земле. Несомненна помощь в этом деле ростовского тысяцкого Георгия Ши- моновича, который укреплял старые и строил здесь новые города. В это время на карте Залесской земли появляются Кснятин, Москва, Дмитров, Юрьев-Опольский (ныне просто Польский) и многие другие города. Юрий Долгорукий много способствовал экономическому и политическому развитию Залесской земли. Он отказался посылать в Киев "суждальскую дань". Оставаясь в Залесском крае, она укрепляла его и делала независимым и самостоятельным. Но взор Юрия всегда был направлен на киевский великокняжеский стол, и когда ему удалось добиться его, то "залешане" позвали к себе его сына Андрея. Князь Андрей прибыл в свой родной город Владимир летом 1154 года. В его сундуках находилась и будущая святыня Залесья - "чудотворная икона, образ Пресвятыя Богородицы из Царьграда", шедевр византийской живописи, написанный, по преданию, апостолом Лукой Евангелистом. Во Владимире эта икона должна была заменить традиционный образ Софии и стать символом независимости Владимиро-Суздальской Руси, символом единства и объединения русских земель. С приездом в Залесье, Андрей делает большие вклады в церкви и монастыри, возводит великолепный храм Успения Богородицы во Владимире, куда торжественно вносят икону, получившую название иконы Владимирской Богоматери. С тех пор культ Богородицы широко распространился в нашем крае, и по сей день мы находим на карте селения с названиями Богородское, Успенское, Покров - там, где возводили храмы и создавали монастыри в честь Божьей Матери. (Л. 14, стр.39). 19
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4