которой обитель Стефана Махрищского переписана на Тро- ице-Сергиев монастырь. Старцы “сыскали” утраченные жалованные грамоты на села и деревни монастыря, а дозорщики, посланные царем, произвели опись и межевание земель (Акт 43). Тогда же, в 1615, году бил государю челом черный поп Семионовского монастыря Павел, который находился в трех верстах от Александровской Слободы, выше по течению реки Серы. Он просил пожаловать его на построение монастыря. На эту челобитную государь отписывал сытнику Александровой Слободы Василию Щапилову: “на той пустоши поставить храм и келью устроить и семян всяких тому черному попу на завод дать” (Акт 44). Разорен был только что зачинавшийся монастырь, или пустынь, в Псковитинове Раменье ( впоследствии Лукианова пустынь). Прекратили свое существование такие монастырьки, как Никольский на реке Бачевке, Пречистинский на реке Малый Киржач, Ильи в Подмошье на речке Яловке, Покровский Мирзин монастырь на реке Богане; безымянные или, скорее всего, во имя стоявших впоследствии там церквей: Введенский в селе Волохове и Успенский в селе Крутце, а также древнейшая пустынь, памятник “Жданского боя” в 1135 года на реке Кубре, - Осипова Пустынь (Л. 21. стр. 18). О разорении монастырей, которые впоследствии были восстановлены, некоторые сведения все же сохранились. О тех же, которые больше никогда не возобновлялись, остались только народные предания. Поэтому о степени запустения их владений мы можем судить лишь по сопоставлению ранних документов с описаниями этих селений после смуты. Нам помогают уцелевшие в стенах монастырей актовые материалы ХV-ХVI веков и подробно составленные дозорные и писцовые книги начала XVII столетия. По ним, в основном, оцениваются сегодня экономическое состояние крестьянских хозяйств после страшной смуты. Например, принадлежавшее Троице - Сергиеву мона83
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4