и манускриптами из собрания богатейшей в Европе библиотеки византийских царей, составившие впоследствии основу известной на Руси "Либерии царя Ивана Грозного", которая бесследно исчезла в ХVI веке (предположительно, она находится в глубоких подземельях резиденции царя Грозного в Александровской Слободе). С появлением в хоромах московского Кремля византийской цесаревны жизнь Ивана Васильевича преобразилась. Всячески угождая Софье, он ввел при дворе царские порядки, выписал из Италии лучших зодчих, иконописцев и разных искусных дел мастеров. Просторные палаты, особенно Грановитая, отличались роскошным убранством. Новые каменные дворцы венчал великолепный каменный Успенский собор . Простые одежды великокняжеской четы были заменены на царские. Выходы великого князя обставлялись торжественно, сам Иван выступал теперь величаво, по-царски. По строгому церемониалу проходили и приемы иностранных послов. Все эти нововведения не понравились придворной знати. Некоторых из них Иван II отстранил от дел, а вместо них при дворе появились молодые, более разворотливые деловые люди. Были среди таковых, которых аристократия именовала "худородными", и люди земли Александровской: братья Семен и Никита Беклемишевы, вотчинники села Беклемишева (ныне станция по железной дороге на север от Александрова). Первый был воеводой у Ивана III, второй дипломатом. Любимцем великого князя летописцы называют Григория Мамона, вероятно, владельца сельца Мамонова близ Троице-Сергиева монастыря. Существовала Мамонова слободка и в Александровской Слободе. Григорий Мамон пришел на службу к великому князю Василию Темному в самый разгар феодальной войны после то г о , как в 1443 году князь Можайский, которому служил его отец , "поймал" отца и " зжег" мать, якобы за колдовс т в о . Князь Можайский был сторонником Шемяки, поэтому
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4