кладбище по нашей улице им. Фрунзе - на телегах, чуть прикрытых брезентом. Видели мы на нашей улице и похоронную процессию в 1946 году, когда переносили прах Героя Советского Союза Д.Д. Погодина с места, где он в 1943 году был похоронен (на площади Свободы, в сквере около памятника В.И. Ленину) - на Князь-Владимирское кладбище... И. В. Синяввина (из воспоминаний) : Начало войны. Вести с фронтов не радовали. Тревога и беда вошли в каждый дом. У тёти Нади Крутиной где-то под Ленинградом пропал сын. У нас в белорусских болотах пропал младший брат отца, мой любимый дядя Миша. А вскоре пришла весть о том, что и отец находится в госпитале, где-то недалеко от Москвы. Мама развила бурную деятельность: зачем отцу лежать в чужом городе, когда в своём полно госпиталей? Она подключила всех знакомых врачей и добилась своего: отца перевезли во Владимир. Он стал лечиться в госпитале на Первомайской, где до войны был Дом Красной Армии (потом - обком партии, сейчас - стоматологическая поликлиника). Там мы могли его навещать, ухаживать за ним, поддерживать. Туда же мы с братом в составе ребячьей бригады ходили давать концерты перед ранеными. Над госпиталем шефствовала музыкальная школа, где мы с Игорем вместе учились: я по классу рояля, он по классу скрипки. Наши совместные выступления всегда хорошо встречались, нам аплодировали, всячески хвалили. Потом отца выписали, признав инвалидом и ограниченно годным. На фронт он больше не попал, стал работать в городском военкомате. А тут и дядя Миша объявился. Оказывается, их часть попала в окружение, они вышли к партизанам, и он воевал в отряде Заслонова. И Вовка, старший сын тёти Нади, вдруг прислал долгожданное письмо, состоящее почему-то из длинного стихотворения. Все долго недоумевали, а потом кто- то додумался прочитать первые буквы каждой строчки. Получилась фраза: «Лодейное поле». Вот, значит, где воевал наш нижний сосед! М. А. Колтукова (из воспоминаний) : Мой старший брат Иван был три раза ранен. Два раза он лежал в госпитале в нашем городе. Привезли его весной. Мама дала ему новое бельё, то, что было на нём, выбросила: все швы были забиты вшами. Всё тело было искусано до крови. Второй раз брата привезли в госпиталь с тяжёлым ранением в 1944 году. Он был тяжело контужен, снова выпросился во владимирский госпиталь. На этот раз на нём было шёлковое трофейное немецкое бельё, с которого вши скатывались в сапоги. Зато ноги, особенно лодыжки, были искусаны в кровь. После лечения брата комиссовали и оставили служить в лагере военнопленных. 89 ГОСПИТАЛИ ВО ВЛАДИМИРЕ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4