Часть вторая ВРАГ У ВОРОТ шёл двое суток. Привезли нас в Алтайский край, на станцию Озерки (недалеко от Барнаула). Жили мы в селе Краюшкино, куда добирались тайгой на розвальнях в сорокаградусный мороз. Поселили нас в доме лесного объездчика. В доме была громадная русская печь. Сами хозяева, очень хорошие люди, спали на печи, на полатях. Нам отвели комнату, в другой жила семья папиного сослуживца. Но через полгода папиных хлопот мы вернулись во Владимир. Ехали уже в пассажирском поезде, вместе с военными. Вернулись домой весной 1942 года. Г. А. Фёдорова (из воспоминаний) : Моя мама Анна Григорьевна Тарасова работала в одном из цехов Грамзавода штамповщицей. В конце осени 1941 года началась эвакуация завода в Пермь (тогда это был Молотов). Вместе с ней должна была эвакуироваться вся семья. Маме не хотелось уезжать: во Владимире у нас было жильё, родные, которые нам помогали. Но отказаться от эвакуации было нельзя: завод был военным, его работники находились на военном положении. Мне было 12 лет. В Пермь мы ехали одним эшелоном: люди в теплушках, станки и оборудование - на открытых платформах. Ехали долго, часто стояли, т.к. все пути были забиты эшелонами, направлявшимися на фронт. В Пермь прибыли в январе 1942 года. Нас поселили в деревянных бараках. Мы с мамой жили в одной комнате с другой семьёй, которая состояла из четырёх человек (муж, жена и двое детей). Комната была перегорожена простынёй. В комнате стояла печь, но еду готовили чаще на керосинке. Целыми сутками мама пропадала на работе. Я почти всё время сидела в комнатушке, ждала, когда она придёт и принесёт что- нибудь поесть. Помню, что голодной была всегда. Мама постоянно отдавала мне свой хлеб, который для меня был слаще пряника. Часть принесённого хлеба я съедала сразу, из остального мама готовила суп. Моей обязанностью было приносить воду. Рядом была избушка с окном, куда был подведён водопровод. Вода была платной. Под окном стоял ящичек, в который нужно было опустить деньги. Только после этого работница внутри избушки открывала окошко и разрешала набрать воды. Мама не раз просила отправить нас домой, но получала отказ. Однажды кто-то из знакомых поехал во Владимир, и она упросила захватить меня до Горького, т.к. напротив, через Волгу, в городе Бор, жила её сестра. Так я оказалась без мамы у тёти Мани. Мы обе тосковали . И вот через несколько месяцев мама уехала из Перми без разрешения и забрала меня домой, во Владимир. Она боялась сурового наказания: ведь самовольный уход с работы в то время приравнивался к дезертирству. Но, к счастью, ничего не случилось. Мама устроилась работать на железную дорогу помощником машиниста. Работа была тяжёлая, мужская, но она не унывала: главное, мы были вместе, мы снова были дома.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4