Часть восьмая МЫ ЭТОЙ ПАМЯТИ ВЕРНЫ 218 «Дядя Эй». Он погиб сорокалетним в апреле 1945 года в Польше. В Ногинске от голода в 1942 году умер мой дедушка Алексей Николаевич Керский, в том же году умерла привезённая во Владимир бабушка Александра Дмитриевна Керская и моя няня Софья Евдокимовна Сивухина. А. В. Калинцева (из воспоминаний) : Отец был ранен под Ржевом, стал инвалидом. Брат Апполон Васильевич Калинцев погиб на фронте в 19 лет. А. И. Дубровина (из воспоминаний) : Отец погиб на Калининском фронте в 1942 году. Из-за семейных переездов не сохранилось ни одной его фотографии. Я так никогда и не узнаю, как выглядел мой отец. Рассказывали, что любил он играть в шахматы и на гармошке. Помню, как в 1944 году пришла похоронка на старшего брата Валентина, который погиб в 18 лет в Польше под Краковом. Мать сразу грохнулась на сундук и зарыдала. Сохранилось только последнее письмо брата с фронта, в котором он просил продать всю его одежду, чтобы мы смогли выжить. Мать пережила и это горе, оставшись в 40 лет с 7 детьми. Всех подняла на ноги, выучила. В 1947 году её постигло очередное горе. Её брат Леонид вернулся после войны в звании полковника, а жить уехал с бабушкой в Вильнюс. Там бабушку застрелили «лесные братья». В. Н. Балихина (из воспоминаний) : На фронте было много наших родственников: отец, бабушкин зять Пётр Иванович Пугачёв, её племянник Иван Еригорьевич Давыдов, сыновья бабушки Николай, Иван, Пётр. Помню, что каждый раз, когда приносили письмо от кого-то из них, бабушка отрезала почтальону Еале кусочек хлеба в благодарность. Все трое сыновей бабушки погибли. Об их гибели бабушка узнавала от снох. Старший сын Николай попал в плен. Когда пленных гнали на Запад, его застрелили, так как он не мог идти. Из деревни Николаевка Никопольского района Днепропетровской области пришло письмо от Полины Еривы и Полины Боярчук о том, что они похоронили его. Личность погибшего они установили по военному билету, зашитому в одежду. В конце 60-х гг. я ездила в эту деревню и видела вдоль железной дороги много холмиков - могил захороненных воинов. Под Керчью погиб Пётр. Его жена, эвакуированная в Иркутск, в письмах к бабушке спрашивала, нет ли сведений от мужа. Но у нас тоже ничего не было. Через некоторое время получили от неё телеграмму с известием о его гибели. Первую похоронку получили на Ивана. Г.А. Керский (дядя Эй)
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4