Часть шестая ДЕТИ ВОЙНЫ го рассказывала об их произведениях, читала много стихов дополнительно к программе. Например, она нас учила, читая книгу, следить не только за взаимоотношениями героев и содержанием, но и обращать внимание на описания природы, массовых сцен, одежды героев, их речь, выражение лиц, описание дня, ночи, даже луны. Как-то завораживала, заставляла задуматься о красоте и скверне жизни. А как много она читала наизусть прозы! Помню, при изучении творчества Горького она читала наизусть рассказ «Челкаш». Вроде бы и произведение не поэтическое, но мы слушали, как заворожённые. Она научила нас любить стихи Пушкина, Тютчева. Но особая заслуга Евгении Николаевны в том, что она помогла нам разобраться в поэзии Маяковского. Мы поняли необычность его стихосложения, полюбили поэзию Маяковского. Знали наизусть поэмы о Ленине, «Хорошо». В стихах о любви она подчёркивала красоту этого чувства, вдохновение и радость любви. Наверное, поэтому и любовь нашего поколения - светлое, одухотворённое чувство радости, верности любимым. Она так сумела заинтересовать нас литературой, что был организован под её руководством литературный кружок. Во внеклассное время мы изучали творчество писателей, которых не было в школьной программе. Окончив школу, мы не потеряли связей с Евгенией Николаевной, посещали её, слушали стихи, которых она знала великое множество. По нашей просьбе уже в пенсионном возрасте она записала для нас любимое стихотворение «если умру я, если исчезну, ты не заплачешь, не загрустишь» (не помню автора). Пластинка у нас хранится. Запомнилась и её одежда: костюм вишнёвого цвета со светлой блузкой сиреневого цвета. Антонина Николаевна Орлова - математик. Очень изящная женщина, высокая, с оригинально уложенной вокруг головы косой. Вот она стоит у доски - в костюме вишнёвого цвета, в белоснежной блузке, - наблюдает, как воспринимают её урок ученики, готовая много раз объяснить, чтобы её поняли. А какие аккуратные, чёткие записи она научила нас делать! Доска ею была так оформлена, что хоть фотографируй для наглядного пособия. Мы с таким удовольствием слушали её объяснения! А на выпускном вечере покаялись, что иногда изображали «не совсем понимающих», а на самом деле просто нравилась манера ведения урока и хотелось её слушать ещё и ещё. На наше покаяние она ответила спокойно: «Я знала это!» Вот такие учителя у нас были! Плескова Анна Васильевна - историк. Маленькая, в сером платьице, в бежевой неяркой шерстяной кофточке, с прямыми седыми волосами на маленькой головке, невыразительными чертами лица, она своей строгостью заставляла уважать себя, и урок истории проходил под чёткое жужжание её монотонного голоса. Она имела какую-то власть над учениками. Когда она говорила, в классе стояла такая тишина, про которую говорят:
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4