И. А. Догадкина (из воспоминаний) : На второй год войны каждому работающему на Грамзаводе дали по сотке земли в районе деревни Архангеловка и по пакету нарезанной картошки с глазками для посадки. Картошка была осыпана золой. Мы с мамой вскопали участок, посадили картошку, и осенью собрали целый мешок картошки! Радости было! Картошка уродилась мелкая, но нас спасла. За всю войну мы не видели ни моркови, ни лука, ни яблока, Около дома сделали грядку, но опять посадили только картошку и фасоль. Вместо электричества у нас были «фигасики». В стеклянный флакончик из-под лекарств вставляли фитилёк из ниток. Сверху надевалась металлическая пластинка с дырочкой для фитилька, а во флакончик наливался керосин. Спичек не было, огонь высекали двумя камешками. Керосин экономили, поэтому керосиновыми лампами не пользовались. Печку не топили: соседские печки обогревали стены нашей комнаты. У моей подруги Капы Семёновой всегда была квашеная капуста, и мы любили ходить к ней в гости. Приходили со своими кусочками хлеба. Ставили самовар, вместо углей пользовались шишками. Е. В. Кудрякова (из воспоминаний) : Голод усиливался с каждым днём. Магазины закрылись, работали только те, где по спискам, а потом по карточкам выдавали по 400 граммов чёр'ного хлеба. Нам, как и многим другим горожанам, пришлось есть суп из лебеды без всякого жира, на одной воде. Зимой - щи из мороженой капусты. Хлеба не хватало. Литр молока на базаре стоил 100 рублей. Городские дети бегали в лес за желудями. Мы, женщины - моя мама, тётя и я - легче переносили голод, а вот отец слёг в постель. Деньги не имели цены. Почти всё на рынке выменивалось на одежду, обувь, ткань и т.д. Крестьяне приносили на рынок кусочки варёного мяса, яйца, которые тоже можно было выменять на что-то. Однажды я увидела, как преподаватели музыкальной школы, у которых я училась, предлагали свои вещи в обмен на продукты. Подумав, я собрала свои игрушки из тех, что хорошо сохранились, и пошла добывать провизию Отец уже ничего не мог есть, с трудом поднимал голову. Я стала давать ему по одному яйцу в день, сваренному всмятку. Затем постепенно увеличивала ежедневные порции еды. Так удалось поставить его на ноги. Голод заставил многих жителей города уехать в деревни, ближе к земле. Подались и мы. Отец стал работать главным бухгалтером в совхозе, я - культурно-массовым работником. Там была рабочая столовая. Кормили плохо, лишь бы не умереть с голода. На первое была обычно болтушка из ржаной муки на воде. На второе - каша из ржи. Жиров никаких не было. СУРОВЫЙ БЫТ ВОЙНЫ!
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4