много множество греческихъ книгь, хотяще соблюсти бла- гочестiя вЪры, да не до конца угаснет свЪтило греческое православхе от безбожных и богомерскихъ турокъ, и тако шплыша моремъ в Рим. И латинсти людiе тщеславии людiе зЪло i от многих лЪт желаху восточныхъ учителей списания видВти, но гречести цари не изволиша сему быти ради отступлен1я ихъ от православiя. Егда же улучиша время, принесенныя убо от грекъ Книги во свой римскiй языкь преложиша, и греческая же книги отнюд все бгнемъ сожгоша; и тако конечное оскудъ от грекъ филосоо1я. Азъ же нынъ, православный (л. 26 об.) государь Василей Ивановичу самодержче, никогда толико видВх греческаго любо- мудрiя, якоже ваша царское рачительство о божественномъ сокровище. Великiй же князь Василей Ивановичъ в сладость послу- шаше его и преда ему книги на размотреше разобрати ихъ, которые будетъ еще не преложены на российский языкъ, сiи речь на словенскiй. Максимъ же преподобный с радосию прiим книги, и трудолюбно дълу касается, и колико книги обрВте не преведеныхъ на словенскiй языкъ. И не по мнозъ времени великому самодержцу имена тъмъ книгамъ ясвственно сотвори елицъхъ обрЪте не преложены никимъ в словенской языкъ. Православный же самодержецъ повЪлъ хранителемъ особь их блюсти и писанiе полагати, да не смесныи будут с протчими книгами. Преподобному же Максиму повЪлъ (л. 27) самодержецъ первее Псалтирь толковую превести, юже седмь великих учителей в различная времена истолковаша, иже послЪди от любомудрыхъ во едино сочеташа. И преподобьный же инокъ Максимъ со усерд1ем поведенному внимаше. И велы ему нужа бысть от многогласнаго разума единого, и моли государя, чтобы ему в помощь даль римских толмачей Димитр1я и Влаая, да Никита, да два писари писаша книги, — инокъ Селиванъ да Михайло Медоварцовъ, а те толмачи люди изящныя, училися в самом велицъмъ Римъ, понеже преподобьный Максимъ понеже не у совершенно словенскаго языка скло- неше словесъ граматическаго хитрости знаяше. Максимъ же 30
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4