лисьв Москве. Неисключено, что Борис, скончавшийся скоропостижно, не успел или не захотел рассказать о тайном хранилище...». .И вновь зададимся, как бы вслед С. А. Белокурову, вопросом: почему при жизни Бориса Годунова нигде нет упоминаний о библиотеке? Отвел’почти очевиден: Б. Годунов, вероятно, нашел сокровища (деньги, драгоценную утварь и т. п.), но библиотеки он не нашел... Библиотека (или ее филиал) хранились отдельно, но не в Московском Кремле, а оставалась невывезенной из Александровской Слободы и, вероятно, сохранялась монастырем! Последующих правителей: царевну Софью и Петра I. в основном, интересовали деньги... Рассказ пономаря Конона Осипова мог напомнить Петру I о тайных палатах под старыми приказами, где царь Алексей Михайлович, далекий от интересов античности, спрятал часть казны на черный день. И этот день пришел, «когда после поражения под Нарвой, Петру позарез понадобились деньги на вооружение армии; тогда боярин Иван Прозоровский привел царя в тайник» [3]. Подводя итоги изложенной информации о судьбе библиотеки Ивана Грозного, отметим главное. Казалось бы, что документов, подтверждающих наличие библиотеки Ивана Грозного, вполне достаточно, но скептически настроенные историки, журналисты и др. периодически сеют зерна сомнения в почву истории. Наш знаменитый русский историк Н. М. Карамзин, чувствовавший фальшь в вопросах истории, еще даже не подозревавший о «списке Дабелова», а поверивший только впечатлениям Максима Грека и Иоганна Вет- термака, дошедшим до него из вторых рук, писал о существовании библиотеки Ивана Грозного, как о неоспоримом фанте! [13, 107-108]. Может сыть, на этом и пора остановиться и приступить целенаправленно к поискам библиотеки. В том же 1963 году, на расширенном заседании общественной 26
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4