bp000002725

до нослѣдняго издыханія1? Кто пе зналъ, что ветхій деньмиста- рецъ исходилъ съ утра на дѣло свое и нребывалъ на дѣланіи своемъ до вечера, находя самый необходимый для своей немощ- ной плоти отдыхъ въ томъже трудѣ? Кто не зналъ, что образъ жизни его былъ размѣренъ и разсчитанъ по минутамъ и что онъ отъ однажды заведеннаго норядка жизни никогда не отступалъ? Было глубоко-поучительно видѣть, какъ безпрерывно и неустанно работала мысль этого человѣка, какъ духовная его природа ио- стоянно одерживала верхъ надъ физическою. Да, это бьтлъ великій подвидшикъ— аскетъ и въ области труда, методически, какъ бы по нотамъ, нроводившій жизнь свою и переходившій преемственно отъ дѣлъ служенія и управленія епархіей къ трудамъ ученымъ и обратио. Онъ совершалъ всякое свое служеніе, какъ непрерыв- ное священнодѣйствіе, въ иостоянпо строгомъ вниманіи, съ соз- напіемъ его важнаго значенія и твердостію въ исполненіи намѣ- ченныхъ и принятыхъ мѣръ и рѣшеній. и всякій предстоящій, болѣе или менѣе важный вопросъстарался освѣщать всѣмъ блес- комъ своего ума, всею силою своего знанія, всѣмъ апторитетомъ своей громадной опытности. Самый смертный недугъ застигъ его за рѣшеніемъ послѣдняго текѵщаго дневного дѣла, и онъ умеръ на своемъ высокомъ служебномъ посту, какъ бы нодводя истиіі - пый, дѣйствительный итогъ своей свыше нолувѣковой, многоно- лезной дѣятельности и, если иозволительно такъ выразить- ся,—роснисался въ немъ своею смертію!— Это ли та внѣшняя жизнь, вольготная, растворепная тѣми эфемерными удовольствіями пріятнаго отдыха, за которыми съ такою жадностію гоняется современный міръ, тщетно думая въ вихрѣ жизни найти возбуж- деніе къ плодотворной дѣятельности1? Нѣтъ! Это былъ непрерыв- ный, неустаііный трудъ, въ ираздники болѣе утомительный, не-: жели въ будни, и въ будии болѣеудручающій, нежели въ нразд- ники. «Гдѣ же и въ чемъ тайна долголѣтней жизни и неустан-