bp000002724

ются многія жертвы, понесенный Россіей на Дальнемъ Востокѣ. Живя въ гор. Дальнемъ, я удивлялся и скорбѣлъ душой о той безпечности и непробудномъ разгулѣ, который царилъ тамъ на- канунѣ самыхъ военныхъ событій. Казалось, для русскаго жите­ ля далекой его окраины нѣтъ ничего страшнаго, и онъ можетъ безъ трепета встрѣтить своего наступающаго врага. Но первые роковые удары изъ смертоносныхъ орудій повергли всѣхъ въ нео­ писуемый ужасъ: всѣ потеряли голову, все нобѣжало... Тяжелая катастрофа на ст. Маньчжурія можетъ служить лучшей иллю- страціей къ сказанному. Чтобы ободрить и подкрѣпить упавшій духъ жителей въ гор. Дальнемъ, я неоднократно нризывалъ ихъ къ молитвѣ и нокаянію. Но мало кто вниыалъ моему голосу; лишь только смолкали страш­ ные раскаты орудій, народъ не шелъ въ церковь, а наполнялъ непотребныя мѣста. Я помню удручающую картину, когда были изъяты изъ воды тѣла погибшихъ моряковъ на «Енисеѣ», не- оплаканныя и полунагія, лежавшія въ кучахъ на китайскихъ ар- бахъ, на подобіе •дровъ, и въ тоже время красовались на улицахъ афиши, приглашавшія публику на танцевальные вечера... По настойчивому желанію мѣстной и военной власти на 1-й седмицѣ Великаго Поста я выѣхалъ въ Харбинъ. Здѣсь меня окончательно поразила картина нравственна™ упадка мѣстнаго русскаго населенія. Уличная непролазная грязь вполнѣ гармони­ ровала съ полной нравственной распущенностію города. Нельзя было показаться на улицу, чтобы не встрѣтиться съ иьянымъ обывателемъ и не услышать уличной брани. По пастырскому долгу, я увѣіцевалъ православныхъ христіанъ образумиться и указывалъ на то, что время поста совпало съ тяжелыми военными событіями и что теперь особенно благовременно принести Господу покаяніе и усугубить свои моленія о защитникахъ нашихъ на иолѣ брани — русскихъ православныхъ воиновъ. 11о, какъ не только мое релпгіозно-нравственное чувство, но и чувство лучшаго круга людей было оскорблено тѣми широко- вѣщательными афишами, который были расклеены предъ лицомъ главна™ православна™ храма, приглашавшими публику провести время въ театрѣ наканутъ Крестопоклоннаго Воскресенья, я выну- жденъ былъ со слезами на глазахъ иросить Начальника Харбин-